Язык жестов психология мимики жестов: Изучение эмоций мимики и жестов по фотографии. Язык жестов: руки

Содержание

Новосибирский государственный архитектурно-строительный университет — Сибстрин

Возрождая традиции: в НГАСУ (Сибстрин) открылась выставка творческих работ преподавателей кафедры Дизайна и искусства

10 февраля 2022 года в НГАСУ (Сибстрин) стартовала выставка творческих работ преподавателей кафедры Дизайна и искусства «Дела традиций». Экспозиция включает выполненные на высоком профессиональном уровне живописные и графические портреты и пейзажи. Картины не однородны по сюжету и композиции: одни насыщенные и напряженные, другие светлые и лиричные, но объединяет их общая тема – свято следовать традициям художественного искусства. Кроме натурных работ, на выставке представлены дизайнерские проекты – графические иллюстрации, фотографии уникальных авторских ювелирных украшений и скульптуры из самозатвердевающей японской глины. «Наша цель – познакомить нынешних студентов и будущих абитуриентов, гостей вуза, а также преподавателей и сотрудников университета с творческим потенциалом преподавателей новой кафедры Дизайна и искусств НГАСУ (Сибстрин), – отметила, открывая мероприятие, заведующая кафедрой ДИ Ирина Карнаева.

Студентка Сибстрина стала первой на межвузовской конференции по применению информационных технологий

2 февраля 2022 года в Новосибирске в дистанционном формате прошла межвузовская научно-практическая конференция с международным участием «Информационные технологии и информационная безопасность в профессиональной деятельности». В ее работе приняли участие научно-педагогические работники и обучающиеся образовательных организаций: Новосибирского государственного архитектурно-строительного университета (Сибстрин), Сибирского государственного университета геосистем и технологий, Сибирского государственного университета путей сообщения, Новосибирского высшего военного командного училища Министерства обороны Российской Федерации, Сибирского государственного университета телекоммуникаций и информатики, Национального университета обороны имени Первого Президента…

С Международным днем женщин и девочек в науке!

Сегодня, 11 февраля, отмечается Международный день женщин и девочек в науке. Инициатором праздника в 2015 году выступила Генеральная Ассамблея ООН с целью достижения полного и равного доступа к науке, а также обеспечения гендерного равенства и расширения прав и возможностей женщин. Новосибирский государственный архитектурно-строительный университет (Сибстрин) занимает ведущие позиции в области образования и науки в сферах строительства, архитектуры и жилищно-коммунального хозяйства. Такого высокого результата не удалось бы добиться без инициативных, трудолюбивых, умных и талантливых женщин – преподавателей, ученых, аспиранток и студенток, занимающихся научными исследованиями и принимающих активное участие в научной и общественной жизни вуза. Среди известных ученых НГАСУ (Сибстрин), руководителей структурных подразделений, институтов и факультетов, научных руководителей магистрантов и аспирантов немало представительниц …

Преподаватели НГАСУ (Сибстрин) помогают в решении глобальных задач одной из крупнейших металлургических и горнодобывающих компаний мира

С 2 по 4 февраля 2022 года Институтом дополнительного образования в рамках сотрудничества с крупнейшим за Уралом сталелитейным предприятием ЕВРАЗ ЗСМК была организована поездка в г. Новокузнецк профессора НГАСУ (Сибстрин) Галины Амбросовой. На данный момент в Институте дополнительного образования НГАСУ (Сибстрин) обучается 22 специалиста комбината на направлениях профпереподготовки «Проектирование, строительство и эксплуатация гидротехнических сооружений» и «Водоснабжение и водоотведение». 2 февраля Галина Тарасовна провела итоговый контроль по дисциплине «Очистка сточных вод» у группы слушателей направления «Водоснабжение и водоотведение», лекции для которых проводятся в дистанционном формате. В ходе встречи были рассмотрены конкретные производственные моменты

Значение мимики и жестов в психологии

Слова — это всего 30 % информации, которую при общении мы передаем друг другу.
Остальное это невербальные сигналы – от позиции тела до жестов и выражения глаз. Невербальное общение совершается без словесного контакта. Оно может сопровождать и дополнять вербальное общение, а может существовать как отдельная форма передачи информации собеседнику.

Итак, приступим:



Положение головы
Поднятая голова говорит об уверенности в себе, готовности к коммуникации и открытости к окружающему миру.
Подчеркнуто высоко поднятая голова свидетельствует о высокомерии и самолюбовании.
Запрокинутая голова — это вызов окружающим, готовность к активным действиям.
Склоненная набок голова — готовность идти на компромисс, отказ от лидерства, согласие на роль подчиненного.
Свисающая вниз голова — это слабость, безволие.

Мимика лица и глаз
Полностью открытые глаза соответствуют живости характера, хорошей восприимчивости человека.
Прикрытые глаза — это либо сильное утомление, либо признак инертности, равнодушия, пассивности.
Прищуренный взгляд означает либо пристальное внимание, либо хитрость, коварные планы, злой умысел.
Прямой взгляд, обращенный к собеседнику, показывает интерес, доверие, открытость, готовность к сотрудничеству.
Взгляд сбоку уголками глаз демонстрирует скептическое настроение, недоверие, выражает сомнения.
Взгляд снизу при склоненной голове свидетельствует о некоторой агрессии, которая может быть приведена в действие.
Взгляд сверху вниз в психологии жестов — это всегда чувство превосходства и высокомерия, демонстрация презрительного отношения к партнеру.
Если в мимике собеседника Вы улавливаете уклоняющийся взгляд, то, скорее всего, это неуверенность в себе, робость или чувство вины, или нежелание к контакту.


Язык жестов: руки
В психологии жестов рукам отводится очень большое значение. А связано это с тем, что жестикулируя руками, человек передает множество тех чувств и эмоций, которые не может передать словами.
Ладонь, открытая кверху, — символ объяснения, убеждения.
Руки, свисающие вдоль тела, — пассивность, безволие.
Руки, заложенные за спину, — неготовность к действиям, робость, застенчивость, сомнения.
Руки, спрятанные в карманах, — попытка скрыть, неуверенность в себе.
Рука, сжатая в кулак, — концентрация внимания, самоутверждение.
Потирание рук означает прилив положительных эмоций и удовлетворенность.
Движение рук, закрывающее глаза или лицо, — это стремление что-то скрыть, уйти от разговора.

Язык жестов: плечи
Высоко поднятые плечи и сутулая спина на языке жестов означают нерешительность, беспомощность, нервозность.
Плечи, спадающие вперед — знак слабости и подавленности, символ комплекса неполноценности.
Свободное движение плечами — уверенность в себе, внутренняя свобода.
Отведение плеч назад — в психологии жестов и мимики это стремление действовать.

Жесты, которые расскажут об отношении собеседника к вам больше, чем слова

Жесты человека в большинстве случаев непроизвольны, а их значение считывается нами бессознательно. Поэтому, зная язык тела, вы сможете как «читать» собеседника, так и преднамеренно использовать описанные жесты в беседе, чтобы произвести необходимое впечатление.

1. Заинтересованность

Большинство людей пытается следовать негласному правилу общения и выказывать признаки заинтересованности в любой беседе, спрашивая собеседника о различных деталях. Поэтому очень важно уметь считывать реальное настроение собеседника и его отношение к разговору по невербальным признакам.

Заинтересованность слушателя обнаруживается в отсутствии жестикуляции. Искренне восхищённый вашими речами собеседник будет полностью сосредоточен на вас, пытаясь не создавать лишнего шума. Такой человек в большинстве случаев будет пристально смотреть на вас, замерев всем телом. Его брови могут быть немного приподняты, а глаза — расширены.

Человек, испытывающий огромный интерес к происходящему, всем своим существом стремится приблизиться к источнику информации. Поэтому можно заметить наклон корпуса в сторону говорящего.

2. Отсутствие интереса

Незаинтересованный человек, наоборот, будет посматривать в разные стороны, совершать многочисленные движения, посматривать на телефон. Чем меньше движений совершает собеседник в разговоре с вами, тем более он вами заинтересован.

Человек демонстрирует своё неприятие ситуации также направлением взгляда. Если он посматривает на дверь, ему скучно или ваша компания для него не особо приятна. О желании уйти также свидетельствует направленность тела и ног к выходу.

Важно уметь отличать отсутствие интереса к вам от задумчивости собеседника. Он может быть погружён в свои проблемы и не выказывать признаков заинтересованности. Задумчивость человека можно определить по его рукам и взгляду.

Если конечности собеседника постоянно обитают где-то в районе головы, он почёсывает затылок, потирает виски, опирается лбом на руку, а взгляд его не сфокусирован, можете не сомневаться, что в его голове идёт активный мыслительный процесс и в данный момент для него актуальнее свои мысли, чем общение. Поэтому не стоит делать выводы о грубости собеседника, если вы получите резкий ответ на своё обращение. Человека в таком состоянии лучше оставить наедине с собой.

3. Уважение

Для мужчины есть самый простой и надёжный способ узнать, как относится к нему собеседник, — это рукопожатие. Уважающий вас человек первым протянет руку для приветствия. Если же он делает это без особого желания или с задержкой, он относится к вам скорее несколько надменно. Продолжительность рукопожатия, а также угол между руками также имеет значение: уважающие друг друга люди не пытаются быстро освободить руку, а также держат руки прямо.

Взгляд уважающего вас человека открытый, улыбка искренняя. Он часто посматривает в вашу сторону, а если ищет одобрения с вашей стороны, будет отводить глаза, когда ваши взгляды будут пересекаться.

4. Симпатия в сексуальном плане

yourspeech.ru

Искренняя улыбка — лучший показатель симпатии. Однако её нужно научиться считывать. Она должна быть широкой, уголки рта должны быть подняты, а верхние веки — немного опущены. Это настоящая откровенная улыбка, которая как ничто другое свидетельствует о вашей симпатичности человеку. Отзеркаливание позы собеседника также является универсальным признаком симпатии.

Уверенные в себе мужчины выражают свою симпатию к девушке задерживающимся на ней взглядом. Менее уверенные, наоборот, будут иногда поглядывать на объект воздыханий, быстро меняя направление взгляда. Также мужчина может цеплять ремень в области живота большим пальцем, направлять ступни в сторону женщины и постоянно поправлять одежду в её присутствии.

Признаки женской симпатии хорошо известны: дамы начинают бессознательно прикасаться к волосам и поправлять одежду. О влечении также говорит приоткрытый рот, увеличенные зрачки, демонстрация сексуальных участков тела.

5. Пренебрежение

Ярким признаком пренебрежительного отношения является взгляд свысока: едва открытые глаза в момент приветствия, формальная, искусственная улыбка, общая вялость мимики.

Если руки человека скрещены на груди, а большие пальцы подняты вверх, он чувствует своё превосходство. О том же свидетельствуют и другие признаки: руки, сведённые за головой или сложенные в «домик».

6. Недоверие

attico.dp.ua

Человек, сильно сомневающийся в истинности ваших слов, скорее всего будет пытаться избегать прямого контакта глаз. Не составивший определённого мнения в отношении ваших слов собеседник будет повторять некие монотонные движения вроде почёсывания головы, поднесения рук к лицу, пожатия плечами. В такой ситуации он действительно сомневается и у вас ещё есть шанс склонить его к своей точке зрения.

Если человек дотрагивается до рта, то он, скорее всего, уже не доверяет вам. Он сомневается в вашей искренности, и переубедить его будет довольно непросто.

7. Ощущение опасности

yourspeech.ru

Человек считает, что от вас исходит опасность. Необязательно физическая: ваши слова могут радикально расходиться с его позицией, и он готовится к обороне на словесном уровне. О таком состоянии свидетельствуют известные закрытые позы: скрещённые руки или ноги. Однако этот же признак характеризует неуверенных людей или людей, оказавшихся в незнакомой для них обстановке.

В такой ситуации лучше всего сменить тон и тему беседы. Переключитесь на что-нибудь другое, нейтральное или приятное для собеседника. Когда его напряжение спадёт, аккуратно возвращайтесь к незаконченному разговору. Если его позиция становится открытой, его ноги и руки больше не перекрещиваются, можете быть уверены, что его отношение к вам стало более дружественным.

8. Скрытое согласие

Очень часто люди внутренне соглашаются с тем, что вы говорите, но в разговоре продолжают отстаивать свою точку зрения. Это может происходить по разным причинам: возможно, они пытаются выторговать более выгодные условия при обсуждении договора, хотя согласны и на меньшее. Умение считывать это внутреннее согласие очень важно.

Отсутствие у собеседника жестов несогласия и недоверия, о которых написано выше, говорит именно об этом. Человек будет спорить с вами, но на уровне жестов он не выдаёт несогласия, ведя себя раскованно и свободно. Это явный признак готовности принять ваши условия. Если же в момент отрицания ваших слов он делает утвердительные кивки головой, будто говоря «Да-да, я всё понимаю, но…», — настаивайте на своём, он действительно всё понимает и уже принял ваши условия.

Чтение языка тела: жестов и мимики

В современном мире язык жестов и мимики важен не меньше, чем вербальное общение, поэтому такое огромное значение придают их трактовке. Использование различных жестов и выражений лица при общении получило название «невербальное общение» — это  отчетливые телодвижения, жесты, используемые человеком, также и при помощи различных предметов. Специалисты-психологи считают, что  при помощи речи люди передают только семь процентов информации, а при помощи языка тела – 59 %. Из этого выходит, что КАК человек говорит гораздо важнее того, ЧТО он говорит.

Зачастую человек не фокусирует внимания на выражении своего лица и собственных жестах, а ведь они не просто являются отображением нашего восприятия входящей информации, но также могут оказать влияние на собеседника. По этим причинам язык тела получил такое широкое распространение среди политиков и крупных бизнесменов. Умело прибегнув к нему, можно добиться заинтересованности компаньонов, результативно презентовать услугу, товар, проект, добиться подписания выгодных договоров, заставить аудиторию внимательно следить за вашим выступлением… Но также понимание того, что кроется за определенной жестикуляцией, может пригодиться и в личных, интимных отношениях. Комплекс четких видимых знаков (поза, направленность взгляда, наличие предметов в руках, выражение лица) даст возможность предположить, что же на самом деле чувствует другой человек и расскажет об их намерениях. Стоит разобраться в значениях и запомнить главные сигналы, которые подает тело, и правильно ими пользоваться для более эффективного взаимодействия и общения с людьми.

Вместо тысячи слов

Часто при общении с людьми мы сами и наши собеседники подаем множество едва уловимых и весьма значительных сигналов. Данные жесты воспринимаются нашими визави неосознанно и таят в себе множество дельной информации. Интерпретировать данную информацию станет возможным после знакомства с языком жестов.

Если вы решили изучить язык тела, научится «читать» человека, анализируя жестикуляцию и мимику своих собеседников, вам следует помнить о том, что один и тот же жест можно истолковать по-разному. На толкование влияет общий фон и суть беседы. Также не следует забывать, что одни и те же жесты у жителей разных стран имеют свою различную интерпретацию.

Понимание невербальных коммуникаций при общении позволит «читать» оппонента, понимать, как воспринял собеседник услышанное, знать его мнение еще до того, как оно будет озвучено.  Обладая знаниями в данной области человеческого подсознания, вы сможете вовремя подкорректировать свое поведение, чтобы достичь желаемого исхода при общении с другими людьми.

Общераспространенные мимика и жесты

Ключевые коммуникативные жесты, как и мимика человека, в различных странах не слишком разнятся. Тот, кто счастлив и доволен — улыбается, кто в печали —  хмурится, у человека в приступе ярости и злости тоже своя отличительная мимика. Очень наглядный пример общезначимого, принятого повсеместно жеста – это пожатие плечами. Он понятен для всех народов и означает непонимание.

Невербальные знаки отлично отображают, какое место занимает данный человек в социуме, степень его воспитания и род деятельности. Учитывая вышеизложенное, крайне важно знать и применять язык жестов, чтобы всегда можно было преподнести себя в выгодном свете.

Многие люди не знают, куда деть руки при разговоре. Первое, что следует сделать, — это научиться держать руки спокойно (не постукивать пальцами, не теребить в руках предметы, не чесать переносицу или затылок и тому подобное). При любом общении крайне желательно свести жестикуляцию к минимуму. Допустимо использование лишь самых простых и универсальных движений, которые сопровождают фразы, используемые при знакомстве или при светском общении.

Мимика. Чтение «с лица»

Даже если у человека получится солгать при помощи слов, то полностью проконтролировать язык тела не способен ни один из нас.

Мимика – это зеркало  чувств и отчасти помыслов человека. По выражению лица человека можно понять все, что творится у него на душе. Понимание выражения лица поможет вам достигнуть взаимопонимания при общении друг с другом.

Так, широко распахнутые глаза, приподнятые брови и опущенные вниз уголки рта – признак того, что человек испытывает удивление; хмурый лоб, насупленные брови,  сощуренные глаза и плотно сомкнутые губы  — явный признак того, что оппонент в гневе. О печали и грусти свидетельствуют «угасшие» глаза, брови, сведенные вместе, опущенные уголки рта, а безмятежное выражение глаз и едва заметная улыбка, краешком губ, — отчетливое свидетельство того, что человек в данный момент доволен и счастлив.

Недаром говорят: глаза – зеркало нашей души. И действительно, наибольшей выразительностью на лице наделены именно они. Взгляд может передать все многообразие смысловой информации: иронию, испуг, радость, счастье, удивление, замешательство – весь спектр человеческих эмоций.

Безусловно, наука языка жестов очень многогранна и объёмна, чтобы можно было ее уместить в одной статье, поэтому мы рассмотрим и интерпретируем только самые распространенные невербальные сигналы, с которыми сталкиваемся при повседневном общении.

Защитные жесты

При явной антипатии и остром недоверии к собеседнику, чувстве дискомфорта или опасности, любой из нас на уровне подсознания будет стремиться оградить себя, «закрыться» от негативного фактора. Обязательно обратите внимание, если ваш визави отодвигается или выставляет «преграду», призванную разделить вас в виде своей сумки или стопки бумаг, сидит «нога на ногу» или же скрестивши на груди руки. Видимо, приятного и конструктивного диалога между вами не получится – ваш собеседник испытывает чувство дискомфорта и неосознанно настроен отбивать атаку. Также  сжатые кулаки, являются еще одним из невербальных знаков с ярко выраженным отрицательным подтекстом.

Жесты, демонстрирующие уважение

«Уважительных» жестов, показывающих почтительное к вам отношение собеседника, на самом деле не так уж много. Самым характерным из этих жестов является рукопожатие. Уважительное рукопожатие предусматривает единовременность подачи рук друг другу собеседниками. Рука при этом вытянута, само рукопожатие обычно длительное. Если мужчина подает руку женщине при выходе из транспорта – это тоже жест уважения. Еще один расхожий жест – приветственный наклон головы.

Жесты расположения и открытости

В противовес защитным существуют жесты, которые показывают открытость собеседника, его определенное доверие к увиденному или услышанному. Понять, что человек открыт и расположен к вам можно по свободной, немного расслабленной позе. Если собеседник расстегивает верхние пуговицы одежды, слегка подается вперед к собеседнику, демонстрирует открытые ладони при жестикуляции, выпрямляет ноги или соединяет пальцы рук в «купол» – все это свидетельствует о чистосердечии собеседника. Если заметите данные сигналы, можете быть уверенны, что собеседнику легко и приятно вести с вами диалог, и вы можете получить желанный результат от встречи и разговора с ним.

Жесты скуки

Жесты, описанные ниже, позволяют понять, что собеседнику не интересно и он заскучал, а значит необходимо сменить тему разговора или вовсе завершить беседу. Чтобы понять, что вашему собеседнику стало скучно и есть необходимость сменить тему беседы либо закончить разговор, достаточно знать несколько правил языка жестов. О том, что ваш визави заскучал, свидетельствуют постоянное бросание взгляда на часы или телефон, осматривание обстановки, рассеянный взгляд, зевота, мелкие движения руками (постукивание, перебирание предметов), притопывание ногой и тому подобное.

Жесты, демонстрирующие неравнодушие и заинтересованность

Находясь в обществе интересного приятного собеседника, человек будет подавать особые знаки, сигнализирующие о симпатии. Женщины, общаясь с приятным мужчиной, поправляют прическу или одежду, «играют» с локонами, покачивают бедрами, поглаживают свои плечи или колени. Их отличает проникновенный и долгий взгляд, направленный на мужчину, а в глазах появляется «огонек». Полный список женских сексуальных сигналов читайте здесь.

Мужчины же при общении с понравившейся женщиной обычно подтягиваются, выравнивают спину, расправив при этом плечи, поправляют одежду и прическу.

Жесты сомнения

Умение читать невербальные знаки из этой категории пригодится, чтобы привести доводы и дополнительные аргументы, необходимые собеседнику для принятия решения, на которое вы рассчитываете. Психологи утверждают, что человек, который не уверен в собеседнике или в принятии любого решения, трет кончик носа, чешет глаза, потирает шею, переплетает в замок пальцы рук, да и вообще его пальцы «ведут себя беспокойно»: постукивают, что-то вертят, теребят…

Жесты подчинения и превосходства

Приподнятый подбородок, плечи расправлены, руки сомкнуты за спиной, при пожатии руки ладонь оппонент кладет сверху (подает вам руку ладонью вниз), руки засунуты в передние карманы одежды, а большие пальцы снаружи – все это яркие признаки, что ваш визави чувствует внутреннее главенство. Явный знак превосходства и даже агрессии – оппонент садится на стул «верхом». Когда видите, что человек пытается казаться ниже, чем есть на самом деле (сутулится, садится, если вы при этом остаетесь стоять, наклоняет свою голову), ступни его ног смотрят вовнутрь, вы должны понимать, что он признает превосходство собеседника. Если ваш визави часто моргает, это выдает его растерянность и внутреннее стремление защититься.

Выражение лица (мимика)

О том, что человек позитивно настроен, красноречиво говорят такие факторы как спокойное выражение глаз, еле заметная улыбка одними уголками губ, а насупленные брови, отрешенность во взгляде и уголки рта опущенные вниз — явный признак того, что человек опечален и пребывает в плохом расположении духа. Признаком заинтересованности являются немного приподнятые вверх брови и шире обычного открытые глаза, а если при этом у собеседника будет чуть приоткрытый рот —  верный признак удивления. Если собеседник демонстрирует плотно сжатые губы, нахмуренные бровные дуги и расширенные ноздри, по всей видимости, он пришел в ярость или негодование. Если при разговоре лицо собеседника принимает вытянутую форму и при этом приподнятые брови, это говорит о  явном неуважении и даже презрении.

Каждую девушку интересует вопрос, как при помощи «считывания» жестов и интерпретации мимики понять, что ты нравишься мужчине, а может быть даже он влюблен? Для ответа на этот вопрос достаточно запомнить простые признаки, которые с головой выдадут влюбленного поклонника, в том числе и на этапе зарождения нежных чувств.

 

Итак, верными признаками заинтересованности мужчины являются:
  1. Поза, при которой его колени и носки обуви развернуты к вам.
  2. Попытка попасть в ваше персональное пространство (расстояние до партнера не более сорока пяти см). Он может вплотную приблизится к вам или опереться на перила сзади вас, может попробовать дотронуться невзначай, например, подавая вам руку.
  3. Долгий взгляд. Симпатия мужчины к вам прямо пропорциональна продолжительности его взгляда (обратите внимание на зрачки – они расширяются, когда человек заинтересован).
  4. Искренняя симметричная улыбка.
  5. Если мужчина дотрагивается рукой до своих губ, он на подсознательном уровне посылает сигнал, что испытывает желание поцеловать вас.
  6. Мужчина «наводит красоту»: одергивает, разглаживает одежду, поправляет прическу, распрямляет плечи.
  7. Позы с сексуальным подтекстом. Стоика, при которой ноги широко расставлены, демонстрирует его мужскую состоятельность. При этом если он держит руки в карманах, выставив большие пальцы – верный знак того, что парень хочет близости с вами.

Язык мимики и жестов у собак: как понимать собачий язык

Язык мимики и жестов у собаки может рассказать многое о том, как она себя чувствует.

К сожалению, нам не дано читать мысли собаки и знать, какие эмоции и чувства она испытывает, поэтому нам приходится полагаться на признаки в ее поведении, так называемый язык тела.

Это может быть особенно полезно, если поведение собаки вдруг изменилось. В этой статье мы рассмотрим наиболее распространенные признаки, которые могут говорить о том, что что-то произошло или пошло не так.

Норма — счастливая и расслабленная собака

Как же интерпретировать язык мимики и жестов у собаки? Начнем с языка тела счастливой собаки. Такая собака выглядит расслабленной и ненапряженной. Ее рот приоткрыт, уши в нормальном положении, глаза спокойны. И, конечно же, признаком счастливой собаки является виляющий хвост (хотя чуть позже мы поясним, что не всегда виляющий хвост означает счастье).

Тогда по каким же признакам можно вычислить грустную, нервную или злую собаку? Ниже приведен список некоторых показателей, которые характерны для таких собак, и что именно они означают.

Глаза

Глаза кажутся больше, чем обычно: глаза собаки могут казаться большими, либо когда она чувствует угрозу, либо когда собака возбуждена или агрессивно настроена.

Прищуривание: иногда собаки, которые чувствуют себя не очень хорошо, могут прищуриваться.

Уши

Уши подняты и прислушиваются: обычно это признак того, что собака бдительна и готова к действию. Она направляет свои уши на то, что ее интересует. Это также может быть признаком агрессии.

Уши прижаты, откинуты назад: если уши немного отведены назад и прижаты, то, вероятнее всего, собака просто дружелюбно настроена. А вот если уши полностью прижаты к голове и торчат по обе стороны от нее, то, скорее всего, собака напугана или приклоняется, проявляет покорность.

Рот и зубы

Зевота: конечно, это может означать, что собака устала! Но если собака много зевает, то это также может означать, что у нее стресс.

Облизывание губ языком и повышенное образование слюны: многие собаки часто так делают, это не секрет, но если она облизнулась один раз, а затем еще раз и еще, то это может быть признаком нервозности или стресса.

Рот плотно закрыт: обычно это признак готовности к какому-то действию.

Зубы оскалены, и собака рычит: как правило, так собака сообщает человеку или другому животному, чтобы тот не приближался. Собака, которая сигнализирует о своем намерении действовать агрессивно, собирает губы, тем самым обнажая зубы, при этом верхняя часть морды сморщивается.

Укусы или небольшие захваты (щипки) зубами: это явное предупреждение для вас или другого животного, чтобы уходили прочь, и обычно это означает, что собака чувствует угрозу. Однако это же характерный элемент поведения щенков. Чтобы, будучи взрослой, собака себя так не вела, необходимо отучить щенка кусаться еще в раннем возрасте.

Захват зубами и удержание в пасти: это намерение нанести вред свойственно атакующей агрессивной собаке или бешеной собаке. Если ваша собака проявляет такие признаки, то рекомендуется посоветоваться с ветеринарным врачом, а также с профессиональным кинологом.

Хвост

Низкое расположение / хвост между ног: такое положение хвоста означает, что вашей собаке неудобно, она нервничает или чего-то боится.

Хвост высоко поднят: обычно такое положение предполагает, что собака либо чувствует себя очень уверенно, либо она возбуждена.

Виляние хвостом: трактовка зависит от нескольких других факторов, поэтому их стоит оценивать комплексно. Если собака расслаблена или взволнована, это признак счастья. Если собака приняла оборонительную позу и ее морда напряжена, а виляние хвостом сопровождается многократным лаем, то это означает, что собака чрезмерно возбуждена и разозлена, и вам не стоит к ней приближаться.

Осанка

Собака замерла на месте: собака принимает такую позу, когда оценивает ситуацию и решает, что делать: бежать прочь или драться.

Сгорбленная / скованная собака: это означает, что вашей собаке страшно или она покорна. Кстати, точно так же собака будет вести себя перед доминирующей собакой.

Уверенно стоящая на лапах собака с раскрытой грудью: признак того, что собака очень напориста либо агрессивна.

Язык мимики и жестов. Семейная психология

Язык мимики и жестов

Невербальное общение – это общение непосредственно через подсознательные реакции, условные рефлексы и сигналы, которыми мы обмениваемся в процессе общения. Мы чувствуем негативное или позитивное отношение друг друга, неосознанно проникаемся настроем собеседника, наши чувства уже отвечают ему такими же тайными сигналами, а поток речи льется посередине. Несоответствие смысла разговора чувствам, которые мы испытываем, настораживает нас и провоцирует агрессию и закрытость. Если собеседник интуитивно почувствовал Ваше недоброжелательство, заметил фальшь или безразличие, то разговор и отношения пропали. А если Вы почувствовали нечто негативное, это склоняет Вас к несогласию или даже агрессии. И далее процесс развивается по спирали, пока вы не поймете простую истину – настоящая доброжелательность, та, которая внутри Вас – работает, и пробуждает доброе отношение к Вам. Вдумайтесь – это же чудо, самое настоящее. Добро порождает добро.

Изучение языка мимики и жестов поможет Вам изучить себя, тех, с кем Вы общаетесь, научит продуцировать положительный тип отношений.

Встречают, как говорится, по одёжке. Однако в общении с незнакомым человеком больше всего внимания мы уделяем всё же его лицу. Даже не будучи физиогномистами, мы можем достаточно уверенно определить, в каком настроении находится интересующий нас человек. А вот дальше выводы наши будут не столь уверенными. Или, по крайней мере, самоуверенными. Так как определить черты характера исключительно по форме и выражению лица, в общем – то нельзя.

Поэтому сразу договоримся: всё, что будет сказано ниже, может Вам пригодится в определении истинных намерений и состояния вашего собеседника.

Однако реконструировать характер человека только на основании данных физиогномики или анализа его жестов, по крайней мере, самонадеянно. Душа человеческая – это потёмки даже для очень опытных психологов.

Гораздо правильнее оценивать собеседника, анализируя его позу, взгляд, тембр голоса – то есть то, что человек выбрал сам, а не получил при рождении.

Начнём с азов. У каждого человека имеется своё личное пространство, – зона вокруг него, нарушение границ которой воспринимается им как вторжение. В различных условиях эта зона может менять свои размеры, однако в целом держится на какой-то постоянной отметке. Когда к вам подходит другой человек, Вы можете практически не реагировать на его появление, пока он не нарушит ваше личное пространство. Как правило, малознакомые люди интуитивно чувствуют границы личного пространства собеседника, и стараются их не нарушать. Этого требует обычный этикет. Ваши близкие друзья или родственники уже могут входить в личное пространство без опасений, – как правило, давнее знакомство с человеком даёт такую привилегию. И вы не будете воспринимать это, как нарушение границ: человек знакомый, ситуация не угрожающая. Другое дело, когда к вам вплотную приблизился человек незнакомый. Ваше личное пространство нарушено, и воспринимается такое вторжение практически так, как если бы без Вашего разрешения и ведома кто-то посторонний вошёл в Ваш дом. При нарушении личного пространства человек чувствует растерянность, испуг, у него появляется желание отступить, вновь вернуть безопасное расстояние или может проявится агрессия по отношению к нарушителю.

Личное пространство не является правильным кругом. Скорее, это нечто вроде эллипса с нестабильными границами. Сзади и по бокам личное пространство может быть поменьше, спереди – больше. Таким образом, человек, как правило, спокойнее реагирует на другого, пока тот находится за спиной или сбоку, но приближающийся спереди человек вызывает тревогу уже на большем расстоянии.

Одно из правил тонкой этики общения, – не нарушать границы личного пространства без разрешения на то собеседника.

Это разрешение может быть получено как в устной форме (нас могут просто попросить подойти или подвинуться ближе), или же в форме своеобразных невербальных приглашений (партнёр протягивает нам интересный журнал, и мы подходим вплотную, интересуется красивым кольцом на пальце, прикасаясь к Вам, или же просто подходит ближе). Когда Ваш собеседник пытается сократить расстояние, разделяющее вас, это верный признак того, что он проявляет к Вам интерес. Он симпатизирует вам. Особенно ярко это видно на примере маленьких детей: если ребёнку понравился взрослый, он всеми силами будет пытаться забраться к нему на колени или хотя бы взять за руку.

Ещё один признак того, что Вы заинтересовали человека – это общая ориентация его туловища, и особенно головы в вашу сторону. Если партнёр усиленно пытается сделать вид, что внимательно Вас слушает, но при этом смотрит в сторону, часто отворачивается, якобы высматривая в толпе знакомых, можно сделать вывод, что в душе он уже далеко отсюда, и едва ли Ваши слова доходят до его сознания. Как бы невзначай посмотрите на носки его туфель. Если они «смотрят» не в Вашу в сторону, это ещё один признак того, что Ваш собеседник приготовился «сделать ноги» и только ждёт для этого удобного случая.

Впрочем, о положении туловища и жестах мы поговорим позже. Теперь обратим внимание на лицо вашего собеседника. Самая заметная часть лица человека – это, конечно, его глаза. Глаза – зеркало души, говорили древние. Оно, может быть, и верно, однако современный человек скрывает свои чувства гораздо более изощренно, нежели его далёкие предки. И простым взглядом «глаза в глаза» вряд ли можно «прочитать» помыслы человека. Однако некоторые секреты взгляда всё же неплохо работают и по сей день. Важно только помнить, что понять характер человека только по выражению его глаз мы вряд ли сможем. Хотя кое о чём, конечно, догадаться можно. Например, о том, доверяет Вам собеседник или нет. Причём выяснить это несложно:

у человека, который Вам доверяет, который чувствует себя с вами раскованно и свободно, испытывает положительные эмоции при общении с Вами, зрачки будут расширены.

Это похоже на взгляд ребёнка, который смотрит на мир широко распахнутыми глазами. Наоборот, выражение недоверия, подозрительность, скрытая враждебность маскируется за прищуренными глазами, зрачки при этом заметно сужаются – эдакий неприятный «рентгеновский» взгляд. В целом старое правило верно по сей день – человек, который хочет скрыть от Вас свои мысли, прячет глаза. Благо способов для этого предостаточно: можно «заинтересовано» смотреть телевизор, разглядывать витрины магазинов, внимательно читать сообщения мобильника.

В семьях, где не всё ладно, супруги могут месяцами (и даже годами) избегать смотреть друг другу в глаза. Как правило, это начало конца. Людям есть что скрывать, и им проще держать это в тайне, чем доверится супругу. В отношении между родителями и детьми отсутствие длительных контактов взглядами – знак беды.

Да и сам обмен взглядами может быть очень разным: одно дело, когда вам смотрят прямо в глаза в течение нескольких секунд, и при этом не слишком хочется отводить взгляд, и совсем другое дело, когда обмен взглядами – это своеобразная злобная дуэль, «кто кого пересмотрит» (глаза вытаращены, выражение лица – Бармалеевское, руки в кулаках). Мимолётные косые взгляды тоже не слишком приятный показатель, особенно когда ваш собеседник всё время отводит глаза, когда Вы пытаетесь «поймать его взгляд». Как правило, это признак того, что Вам говорят неправду или человеку есть что скрывать. Как дополнение к взгляду прячут также руки, однако, об этом позже. Кстати, прямой взгляд в лицо со стороны незнакомого вам человека воспринимается как вызов, чем, скорее всего, он и является. Можете проверить это на кошке или собаке с улицы: животное не будет обращать на вас внимание, если Вы не смотрите на него, но от открытого взгляда бежит со всех ног.

Что касается черт характера, то глаза могут рассказать об этом немного. Несмотря на обилие популярных толкований характера человека по цвету и разрезу его глаз, во всё это верится с трудом хотя бы потому, что вряд ли все, например, китайцы, среди которых голубоглазых днём с огнём не сыщешь, являются энергичными людьми, лишёнными романтизма, а среди скандинавов отсутствуют активные люди. Скорее всего, подобные толкования лишь плод воображения их авторов. Впрочем, совпадения могут встречаться достаточно часто, поэтому и такие теории имеют право на жизнь.

К тому же доказано экспериментальным путём, что о настроении человека гораздо больше говорит его мимика, чем взгляд. Поэтому коснёмся этого предмета подробнее.

С такими простыми понятиями, как улыбка, огорчение на лице, морщинки радости или выражение печали мы наверняка встречались. Видя на лице проявления сильных эмоций, мы с ходу можем определить, какого они типа. Однако человек, сохраняющий «каменное» выражение лица, может оставаться для нас загадкой за семью печатями. В самом деле, что чувствует человек, на лице которого ничего не выражается? Как можно выяснить, что от него ожидать?

Многое скажут о человеке губы. Однако в очередной раз повторюсь, не стоит искать в очертаниях губ врождённые черты характера. Ну не все африканцы весёлые и гостеприимные, несмотря на их выдающиеся широкие губы! Обращать внимание нужно на то, в каком состоянии находятся губы человека в данный конкретный момент.

Губы плотно сжаты, из-за чего кажутся узкими щелями. Вокруг губ заметны морщины. Явный признак того, что человек напряжён, он не может вам раскрыться, общаться с вами для него не очень просто.

Нижняя губа выступает вперёд, – самоуверенность, не ждите от этого человека отношения на равных. По отношению к вам он будет стараться доминировать. Интересно, впрочем, понаблюдать за его губами при общении с другими людьми. Можно заметить, что оттопыренная губа тотчас убирается на своё место, когда данный субъект начинает общаться с значимым для него человеком. Оттопыренная губа или губы также выражают брезгливость. Попробуйте изобразить это чувство и ощутите, как реагируют на это ваши губы. Похоже?

Собранные маленькие губки, без признаков напряжения означают именно собранность, и ещё – аккуратность. В отличие от широко распущенных вялых губ, указывающих на безынициативность, лень и нерешительность.

Обратите внимание на кончики губ: полноценную широкую улыбку заметит каждый, но вот если её нет, уголки губ могут подсказать, что чувствует человек. Опущены вниз – понятно, настроение не очень, что-то тревожит или печалит его сердце. Чуть приподняты вверх – вот это получше: следы ушедшей или спрятанной улыбки.

Кривая усмешка говорит о цинизме человека, о его скептическом к вам отношении. Вообще улыбка – это целое искусство. Она же может рассказать очень многое о человеке. К тому же улыбчивый человек имеет больше шансов иметь успех в обществе, он более популярен и приятен в общении. Не зря в Штатах улыбка возведена в культ.

Впрочем, фальшивую улыбку несложно отличить от настоящей: настоящая улыбка светится, от неё действительно становится теплее. К тому же есть чисто технические детали: искренняя улыбка получается сама собой, без напряжения мышц лица, фальшивая же имитируется насильно. Лицевыми мышцами, поэтому смотрится несколько напряжённо. Впрочем, хорошие актёры могут практически идеально «сыграть» искреннюю улыбку.

Но есть ещё один признак улыбки «от души»: она исчезает далеко не сразу, и ещё долгое время цветёт на губах улыбнувшегося вам человека. Улыбка «из вежливости» исчезнет, как только ваш собеседник отвернётся.

Многое о характере вашего партнёра скажут морщинки. У человека масса мимических мышц, которые рано или поздно оставляют на лице следы своей деятельности. А уж по этим следам «прочитать» историю человеческих эмоций вовсе несложно. Нужна только внимательность.

О чём, например, могут говорить радиальные маленькие морщинки вокруг глаз? Скорее всего, о весёлом нраве человека, о его любопытности. Так как такие морщинки образуются либо тогда, когда человек смеются, либо когда рассматривает нечто интересное. Впрочем, подобные морщины могут указывать и на близорукость (помните знаменитый Ленинский прищур?). Морщинистый лоб – общеизвестный символ задумчивости и большого ума. Что касается ума, то это, конечно, всего лишь догадки. А вот о том, что человек достаточно долго морщит лоб, пытаясь решить какую-то сложную (для него) проблему, об этом можно судить уже с известной долей вероятности. Вертикальная морщина на лбу, как правило, украшает людей интеллигентных.

А вот морщинки в уголках губ поведают вовсе не о том, что их обладатель – человек улыбчивый, а, скорее, об обратном. Дело в том, что естественная улыбка расслабляет мышцы лица, тонизирует их, не оставляя морщин. В то время как зажатость губ у людей нерешительных, стеснительных, подозрительных (список можно продолжить) как раз и провоцирует возникновение подобных морщин. Длительные огорчения, скорбь оставляет следы на лице человека более явственно, чем радость. Обратите снимание на морщины, идущие от крыльев носа к губам: это признак разочарований, страдания, длительных неудач. Если к ним добавляются морщинки, идущие от внешних краёв глаз, – положение ещё хуже. На апофеоз страданий укажут морщины, идущие вниз от краешков губ.

Вообще больше морщин у людей нервных, деятельных и эмоциональных. Отсутствие морщин на лице, как правило, указывает на леность, апатию, небогатую эмоциональную жизнь человека или жестчайший самоконтроль. Есть такие исключительные люди, которые полностью владеют собой. Моложавость тех же японцев объясняется тем, что сдерживание эмоций входит в традиции воспитания.

Девушек когда-то учили не хмурить лоб, наклеивая клейкую ленту вертикально между бровями. Актеры учатся «держать лицо», то есть управлять движениями лицевых мышц, заставлять их быть напряженными или расслабленными, переводя контроль над выражением лица от подсознания к разуму.

Между прочим, существует обратная зависимость между выражением лица и настроением человека.

Чтобы не быть голословным, я попрошу Вас попытаться изобразить на лице улыбку. Зеркало не нужно: нам важно «включить» нужные «улыбчивые мышцы», а не оценить себя с точки зрения привлекательности для противоположного пола. Итак, улыбнитесь! А теперь попробуйте проанализировать свои чувства (стараясь, чтобы улыбка за время анализа не «сползла» с Вашего лица). Вряд ли теперь Вам хочется думать о чём-то грустном. Если, конечно, Вы честно пытались улыбаться, а не «халтурили».

Теперь попробуйте нахмурится. Сдвиньте брови, наморщите лоб. Какое настроение теперь? А если просто поджать губы? Что изменилось? Может быть, вспоминаются былые обиды? А можно, например, улыбнуться не весело и симметрично, а косо, например одним уголком губ. Такая улыбка вызывается циничным отношением к чему-либо или к кому-либо. Попробуйте и убедитесь сами.

Таким образом, мы не только можем анализировать состояние человека по его мимике, но и влиять на собственное настроение путём несложных мимических манипуляций.

А умение владеть своим лицом, – настоящее искусство, которое ценится с древнейших времён. Владыки древности, как и современные политические лидеры, просто обязаны были в совершенстве владеть выражением своего лица, умело скрывать досаду, обиды, страх и неуверенность. Что бы ни говорил человек, слова его будут казаться весомыми только в том случае, если они подкреплены соответствующим выражением лица. Аристократов узнавали в любых условиях, – по манере держаться и выражению лица, несвойственному «черни». Но иногда и «простой» человек, имеющий хорошиё артистический дар и немного храбрости, мог успешно выдавать себя за весьма важную персону.

В наше время мало что изменилось. Хотя роли стали более гибкими и часто переходят одна в другую, но, тем не менее, по сей день очень часто вопрос о том, «кто есть ху», решается путём анализа выражения лица собеседника.

Естественно, спокойное, уверенное выражение лица, лёгкая полуулыбка, затрагивающая лишь кончики губ, слегка запрокинутая назад голова, позволяющая смотреть на собеседника снизу вверх (независимо от роста) из-под полуопущенных верхних век покажет, что Вы имеете дело с человеком, уверенным в себе и привыкшем доминировать. Однако нигде не написано, что Вы не можете совершить то же самое. Постойте у зеркала, придайте себе соответствующий вид. Освойте неподвижный, внимательный взгляд. Это не так сложно. Не отводите глаза, спокойно рассматривайте собеседника. Не хотите смотреть ему в глаза – не надо. Прекрасные результаты даст взгляд выше глаз, или в область переносицы. Гипнотизёры именно так и делают. Сдержите Ваши мимические порывы, – не спешите хохотать, даже если Вам весело, или огорчаться, если Вам сообщили нечто пренеприятное. Сдержать порыв смеха может мгновенное представление себя в ситуации, где смех неуместен. Представьте, что Вы находитесь на траурной церемонии (сцены из комедийных фильмов исключаются!). Если всё же вы чувствуете, что уголки Ваших губ предательски ползут вверх, скройте это каким-либо естественным жестом: «поправьте» очки на лбу, попутно «стирая» улыбку, отвернитесь к окну, как будто заинтересовавшись чем-то, потрите в задумчивости нос. Внезапное огорчение скрыть сложнее, попытайтесь укрыться за какой-либо фразой типа «Вот как? Надо же!», «Какая жалость!», «В самом деле?», указывающей, что для вас данное сообщение является негативным лишь формально, но не в реальности.

Такая модель поведения пригодится, если Вы собираетесь вести с кем-то серьёзный деловой разговор. В общении же с друзьями или родными совет всегда один – будьте естественны!

Хотя иногда бывает, что как раз естественное поведение для человека является более трудным, и ему легче освоить очередную роль или маску, чем попытаться быть собой. Что же, научиться быть собой труднее всего.

Потому что любой совет и любое указание лишь передаёт чужой опыт, чужие образы. К тому же директивные указания «Вы должны» негативно воспринимаются подсознанием, которое действует естественным образом только тогда, когда давление со стороны отсутствует.

Адепты дзэн-буддизма добиваются естественности длительными тренировками, которые длятся годами и даже десятилетиями. Для нас же, обычных мирян, хватит и того, что мы будем стараться применить на деле простой принцип: всё, что я сделал, я сделал наилучшим образом. Если бы я мог, я сделал бы лучше. Поэтому нет никакого смысла корить себя за то, что вы нечто сделали не так, где-то недоработали или могли бы приложить больше усилий. Принять к сведению, – нужно. Но «пилить» себя – занятие неблагодарное и лишённое практической пользы. К тому же человек, который не любит себя настолько, что готов грызть свою нервную систему по пустякам, вряд ли сможет эффективно существовать в нашем динамичном мире. А ведь мы хотим быть эффективными, не правда ли?

Но эффективность взаимодействий отнюдь не исчерпывается только выражениями лица. Иной раз поза может рассказать о состоянии человека не меньше, чем его выражение лица или взгляд. К тому же наблюдение за движениями и позицией человека имеет одну хорошую особенность: можно отвести взгляд, можно спрятать лицо. Но, общаясь с человеком, умудриться скрыть всё тело – такое удавалось разве что Гарри Гудини.

Таким образом, постараемся присмотреться к положениям нашего (и не нашего) тела более внимательно. Очень может быть, что некоторые познания в области психологии тела нам очень помогут в нелёгкой семейной жизни.

Итак, самое первое, на что можно обратить наше драгоценное внимание при изучении позиций тела, это его расслабленность или зажатость.

Как и напряжённое лицо, напряжённое тело указывает на то, что человек в общении с Вами испытывает определённые трудности.

Какого рода эти трудности, – определить иной раз можно и без помощи слов, но об этом позже.

Напряжённая поза видна невооружённым взглядом. Обычно при этом человек ещё и сутулится? как-то съёживается, становится меньше. Его движения становятся менее естественными, резкими, прерывистыми. И это вовсе не зависит от физического развития тела: даже недостаточно развитое тело, тем не менее, в естественной и ненапрягающей обстановке становится гибким и грациозным, приобретает известную красоту движений и создаёт ощущение естественности.

Конечно, речь не идёт о людях с явными физическими дефектами – инвалидах, или горбунах. Хотя зачастую эти люди настолько «обживают» своё тело, что даже окружающие как-то перестают замечать их недостатки.

Теперь разговор о другом, – когда физически здоровый человек при общении напрягается, теряет естественность и становится больше похож на робота, нежели на живого человека.

Помните, в начале разговора мы коснулись такого понятия, как личное пространство человека? Теперь попробуем применить его на практике.

Итак, Вы общаетесь с человеком. Обратите снимание, какая между вами дистанция? Можете ли вы дотянуться до него рукой? Нет? Видимо, вы пока не слишком доверяете друг другу. Такая дистанция может установиться даже между самыми близкими людьми, когда они в ссоре или обижены друг на друга. Ребёнок не подходит близко к человеку, которому не доверяет и которого боится. Хотя, может быть, это вы навязываете именно такую дистанцию? Что же, попробуйте просто её сократить. Подойдите ближе. Какова реакция собеседника? Воспринял сокращение дистанции нейтрально, положительно или же отодвинулся? Комментировать суть этих реакций, думаю, не стоит?

Существуют и другие способы «разрыва дистанции», когда человек не принимает вас в своё личное пространство, даже находясь в непосредственной близости. В первую очередь это физические барьеры в виде столов, стоек, дивана, стекла и прочее, и прочее. Причём использоваться все эти аксессуары могут чрезвычайно искусно, создавая ощущение естественности. Опытный манипулятор вполне естественно усядется так, что между вами окажется подлокотник кресла, предложит Вам кресло таким образом, что между вами окажется журнальный столик или напольная ваза, и даже если вы сядете на один диван, между вами каким-то непостижимым образом окажется декоративная подушечка или по крайней мере дистанционный пульт от телевизора.

Причём вовсе не обязательно, что это делается сознательно. Скорее, наоборот: человек показывает своё к вам отношение, сам не понимая. Более того: часто мы сами, не определившись сознательно в нашем отношении к человеку, тем не менее, бессознательный выбор уже сделали и показали его наглядно, инстинктивно отдернув свою руку при попытке поздороваться с Вами, или поспешно убегая в кухню, якобы за угощениями для гостя.

Конечно, возможен и прямо противоположный вариант: Ваш партнёр всеми возможными средствами пытается сократить дистанцию, садится поближе к Вам, в разговоре подходит вплотную, когда не то что руками, губами прикоснуться можно… Довольно привлекательный вариант, не правда ли? Думаю, не обязательно быть великим психологом, чтобы разгадать отношение к Вам этого человека.

Если к тому же ваш партнёр является человеком вашего возраста и противоположного пола, он совершенно расслаблен, движения его плавные и естественные, взгляд практически не отрывается от вашего лица… Смею высказать предположение, что это ничто иное, как любовь.

Впрочем, не обязательно любить человека, чтобы пытаться сократить дистанцию, войти в его личное пространство. Между прочим, нарушают личное пространство и обычные хулиганы, когда пытаются добраться до вашей физиономии. Однако тут взаимным доверием и не пахнет.

Однако, в общем, правило работает достаточно хорошо: если партнёр пытается подобраться к Вам поближе, (обычно на расстояние вытянутой руки), – значит, он вам доверяет и позволяет войти в круг своих интересов. Он вас допустил в своё личное пространство, а это подразумевает достаточно высокую степень доверия, ведь теперь Вы можете влиять на него в открытую, своей энергетикой. Впрочем, как и он на Вас.

Хотя расстояние – это ещё далеко не всё. Дело в том, что сами по себе границы личного пространства у разных людей – разные. Некоторые испытывают тревогу уже в том случае, если видят кого-то на горизонте, другие не реагируют даже на физический контакт. Так что мерить всех одной меркой, увы, не удастся.

К счастью, существуют и другие методы, позволяющие более или менее достоверно определить степень заинтересованности в вас вашего партнёра. Например, положение его ступней.

Действительно, наши носки указывают как раз то направление, куда мы направляемся, если, конечно, у нас нога не вывернута наизнанку. При ходьбе носки всегда «смотрят» вперёд, предугадывая направление движения. Когда человек стоит, наблюдается то же самое, только в статике.

А теперь обратите внимание на носки вашего партнёра. Куда они указывают (имеется ввиду положение, когда партнёры стоят друг напротив друга)? Прямо на вас? Очень хорошо. Значит, данный индивид никуда бежать не собирается и явно заинтересован в общении с Вами. Конечно, это правило действует только при благоприятных обстоятельствах. Если вы вместе рассматриваете витрину магазина, было бы, согласитесь, несколько неестественным со стороны Вашего партнёра выворачивать носки ног в Вашу сторону, ориентируя туловище в обратную. Но в целом тенденция, думаю, ясна. В групповом общении правило работает подобным образом: если партнёры стоят лицом друг к другу, носки их ног взаимно параллельны, третий здесь – лишний, и его будут просто игнорировать. Причём делаться это может самыми различными способами: от полного неприятия до гневного отпора. Даже если с Вами перебросятся несколькими словами, то суть их будет сводится лишь к побуждению Вас оставить партнёров в покое.

Другое дело, когда в ответ на просьбу вступить в разговор один из партнеров (лучше – оба) немного развернуться в вашу сторону, причём не только корпусом, но и носками ступней. Таким образом, можно рассчитывать, что Вас приняли в разговор – вас впускают в своё личное пространство.

В случае, когда к Вам обернулись только корпусом, не разворачивая ступней, подразумевается, что Вам уделят внимание ровно настолько, сколько нужно, чтобы избавиться от Вашего присутствия. На длительный заинтересованный разговор можно рассчитывать не ранее, чем когда беседующие развернутся к вам носками ног. Правда, чрезмерность тут только во вред: если один из партнёров вдруг вплотную разворачивается к вам, его носки смотрят прямо на вас, лицо приближается вплотную, а руки, прям таки, стремятся к физическому контакту, означает это, как правило, что нас, как господина Паниковского, будут бить, возможно, ногами.

Между прочим, подходить к паре, которая беседует, находясь в позиции, описанной выше – то есть лицом друг к другу, просто невежливо. Это означает нарушение установившегося контакта. Так что если Вам нужно что-то срочно узнать, поищите одинокого человека или же группу, которая на данный момент находится в открытой позиции. Открытая позиция отличается положением партнёров по отношению друг к другу – обычно они повёрнуты друг к другу вполоборота, носки ног ориентированы не прямо друг на друга, а немного в сторону. Такая пара (или группа) допускает «вторжение» со стороны. Открытая позиция вовсе не означает, что партнёры не заинтересованы друг в друге. Обычно это значит, что разговор ведётся не слишком важный, допускающий вмешательство со стороны. Просто развлекательная беседа.

Следует учитывать, что положение носков ног даёт иной раз более объективную информацию, нежели общее положение туловища. Так, полуоборот корпуса одного из партнёров в группе в Вашу сторону при неизменившемся положении ступней вовсе не означает, что Вас готовы принять в свой кружок. Скорее, наоборот: от Вас собираются «отмахнуться». Совсем другое дело, если на Ваше намерение присоединиться к беседе к Вам оборачивают носки ног, не ориентируя пока в вашу сторону туловище: видимо, собеседники просто спешат закончить некую важную тему, и вскоре займутся Вами.

Но положение туловища также имеет огромное значение. Обратите внимание, в закрытой либо открытой позиции находится Ваш собеседник. Что? Вы не знаете, что такое закрытая позиция? Тогда представьте, что вы собираетесь ударить человека чем-то тяжёлым. Что он делает? Правильно: закрывается руками, коленями или чем-то иным. При этом тело его, как правило, съёживается, напрягается, и, образно говоря, «ждёт удара». Другое дело открытая позиция: представьте, что вы что-то дарите вашей жене (мужу, ребёнку, тёще). Что-то, что ей (ему) не терпелось заполучить на протяжении долгих лет. Позиция вашего партнёра? Широко раскрытые руки ладонями к вам, тело поёт от радости, какая там зажатость!

На самом деле, открытые и закрытые позиции бывают самыми различными, так что приведенный мною пример просто одна из иллюстраций, передающая, скорее, душевное состояние человека, демонстрирующего закрытую либо открытую позицию. Хотя различить эти позиции по внешним признакам не составит большого труда.

Закрытые позиции подразумевают «замыкание» энергетических каналов на себя (говоря языком биоэнергетики), поэтому в такой позиции конечности вашего собеседника будут замкнуты. То есть руки будет переплетены крест-накрест, нога заложена за ногу или вовсе образуют подобие лиан, пальцы рук, как правило, в замке. Правда, описанная позиция является слишком уж демонстративной. Как правило, человеку хватает одного из подобных жестов, чтобы продемонстрировать вам свою закрытость. Например, просто скрестить пальцы или заложить ногу за ногу. Вот вам и закрытая, или защитная, позиция – человек просто защищается от вас, от вашего мнения, вашего влияния. Он не принимает ваших внушений, ему не хочется, чтобы вы убеждали его в чём-то. Даже если ваш собеседник и согласится с вами, однако позы не переменит, значит, внутренне он всё равно остался при своём мнении.

Вообще любого человека переубедить трудно. На самом деле мы всегда лучше других знаем, что нужно именно нам. И решения со стороны могут быть только навязаны. Поэтому, перефразируя известную народную мудрость про тёщины советы, можно дать такую рекомендацию: выслушай советы со стороны и поступи по-своему. И удивляться тому, что Ваши домашние так неохотно следуют Вашим лучшим советам, или, хуже, вовсе их игнорируют, не стоит. Даже самые лучшие советы даются со своей колокольни, и, как правило, не учитывают мировоззрения и запросы самого человека. Да, возможно, воспользуйся он Вашими советами, было бы, в самом деле, лучше. Вопрос только – кому?

Продолжим разговор о позициях. Закрытая позиция символизирует некоторую скованность, недоговорённость, замкнутость. Собеседник, принявший замкнутую позицию, не собирается доверяться Вам или делиться с вами своей энергией. Когда человек чего-либо боится, он также находится в закрытой позиции.

Закрытую позицию легко распознать интуитивно. Вы обязательно почувствуете её именно как закрытую.

Если же Вы не полагаетесь на интуицию, то просто обратите внимание на положение конечностей собеседника. Как уже говорилось ранее, нога, закинутая на ногу, или сплетённые между собой ноги, – признак закрытости. То же самое с положениями рук: переплетённые на груди руки в классическом жесте «я Вас слушаю» (руки переплетены на груди, корпус откинут на спинку кресла, голова запрокинута назад – взгляд «свысока») на деле означают нечто вроде «слышать Ваши глупости не хочу». Причём форма ручных «замков» может быть самой разнообразной: к примеру, вовсе не обязательно полностью переплетать руки. Охватите одной рукой кисть другой – вот Вам и закрытый жест. Закрытый жест используют футболисты, становясь в «стенку». Кулак, захваченный в ладонь, – также одна из разновидностей «замка». Да ещё и со скрытой угрозой… Часто на такой «замок» опираются подбородком, что имитирует пристальное внимание, однако, как правило, им не является.

Иногда достаточно просто переплести пальцы. Помните другую народную мудрость, средство от сглаза? Обычная фига в кармане (имеется ввиду известная конфигурация пальцев, а не экзотический фрукт). Так это и есть закрытый жест, который «охраняет» нас от чужого влияния путём обычного замыкания энергетики тела «на себя». Наши предки вовсе не были такими неграмотными и дремучими, как это зачастую нам представляется.

Вообще положение рук, – это отдельный разговор. Вот крутит человек в руках карандаш, как определить, закрыт он от вашего влияния или нет? А ведь это возможно. Нужно просто обратить внимание на положение ладоней: какой стороной они обращены к вам? Если тыльной стороной ладони, – значит, Вам всё-таки не доверяют или просто не слишком откровенны. Если же вам демонстрируют открытую ладонь – это прекрасно! Недаром таким открытым жестам специально обучают обслуживающий персонал в развитых странах. Ведь на работе постоянно демонстрировать искренность и доброжелательность трудно, тут и приходят на помощь заученными приёмы, которые, как правило, бессознательно, человек принимает за искреннее проявления чувств.

С открытыми и закрытыми позициями хорошо знакомы психологи и специалисты НЛП: они используют их в своей деятельности очень широко. Обратите внимание ещё на один достаточно распространённый манёвр: если Вы симпатичны своему собеседнику, если он заинтересован в контакте с вами, он будет стремится сократить расстояние между Вами. Он допустит вас в своё личное пространство. Наклон головы в Вашу сторону, общая ориентация туловища к Вам – это хорошие признаки. Если партнёр к тому же пытается прикоснуться к Вам, положить руку на плечо или взять Вашу руку в свою, – его интерес к Вам не вызывает сомнений.

Все знают типичные жесты отрицания и соглашения. Отрицаем мы, как правило, поворотом головы из стороны в сторону или же аналогичными движениями рук. Соглашающийся жест производится кивком головы. Но использовать эти жесты человек может не только сознательно, но и бессознательно.

Если в разговоре Вы заметили, что в ответ на Ваше предложение голова партнёра едва заметно дёрнулась в сторону, скорее всего, он не согласится с Вами. Такие жесты могут вплетаться в контекст любой беседы вполне непринуждённо, как бы сами по себе, отдельно от темы разговора. Однако на них следует обращать первоочередное внимание, ибо как раз слова часто скрывают суть намерений собеседника, а в жестах он раскрывается. Любой разговор подразумевает одобрение или неодобрение, и нам зачастую непросто понять, как на самом деле собеседник относится к сказанному. Не проще это сделать и в своей семье.

Может быть, Ваши близкие по каким-то причинам не собираются откровенничать. Возможно, они имеют причины для того, чтобы их мнение не было высказано вслух. Но знать их истинные намерения не помешает. Другое дело, как мы распорядимся этим знанием.

Ведь если человек, пусть и совсем близкий, нечто скрывает от вас или предпочитает не афишировать своё мнение, то для этого обязательно найдутся веские причины. И было бы верхом бестактности применять свои психологические познания для того, чтобы «разоблачать» этих людей.

«Разоблачения» очень редко приносят пользу, а вот накалить обстановку, оттолкнуть людей друг от друга, посеять между ними недоверие могут очень даже просто. Так что следует очень хорошо подумать, следует ли открывать другим то, что заметили только Вы.

Тем более что в ряде случаев рассмотренные нами жесты и позиции тела могут означать нечто иное. Так, для некоторых «закрытая» позиция ноги за ногу вовсе не является защитной, просто им удобно так сидеть, и всё. Зачастую мы сами можем наблюдать, как во вполне комфортной обстановке и в полном одиночестве нам удобнее сидеть именно так. Привычка, что поделаешь… Так что делать поспешные выводы не стоит. Вместо этого лучше внимательнее понаблюдать за своими близкими: как они ведут себя в различных ситуациях, каковы их привычки, стереотипы поведения, особенности реакции.

Мастера восточных единоборств утверждают: если ты не знаешь не себя, ни противника, ты проиграешь. Если ты знаешь только себя, но не знаешь противника, один раз выиграешь, а один – проиграешь. Если ты знаешь и себя, и противника – будешь выигрывать всегда. Правило это верно и в психологии, разве что слово «противник» уместнее заменить словом «партнёр». Ваш капитал – это Ваши наблюдения, ваш опыт в общении с близкими. Пусть в этом деле помогут те приёмы, которые мы разобрали выше.

Однако не стоит зацикливаться на механическом наблюдении и анализе, ведь живое общение с реальным человеком, общение, не замутнённое пристальными взглядами и оценкой жестов, положений рук, головы, ног и так далее, даст намного больше, нежели подобный тестинг.

И, тем не менее, знать некоторые психологические особенности самовыражения человека не помешает. Поэтому попробуем углубиться в частности, то есть рассмотреть непроизвольные и бессознательные движения и жесты человеческого тела более подробно. Познакомимся поближе с ладонью, этим зеркалом человеческого тела.

Открытая ладонь, повёрнутая к собеседнику, это жест откровенности, искренности, добродушия и добрых намерений. Если, конечно, это не вариант «медвежьей лапы» в китайском Ушу, что в современных условиях часто очень даже может быть. Открытая ладонь – антипод кулака, и хотя ладонью тоже неплохо ударить (вспомним пощёчины), однако в общественном сознании ладонь ассоциируется всё же с жестом мира и открытости, нежели с агрессией. Возможно, это связано с древними хиромантскими культами, гаданиями по руке, которое, как известно, проводилось на открытой стороне ладони, но никак ни на тыльной. Таким образом, человек, демонстрирующий нам открытую ладонь, как бы открывает себя, свою судьбу, характер и помыслы.

Следовательно, если к Вам партнёр оборачивает открытые ладони, – это очень даже неплохо. С Вашей стороны, использование открытой ладони в разговоре покажет, что вы имеете самые искренние намерения, не способны на агрессивные действия и вообще находящийся перед вами человек – самый интересный и удивительный собеседник на планете. Можно, конечно, отрепетировать этот жест возле зеркала, но не забывайте о том, что в данном случае сильна и обратная зависимость: часто человек, демонстрирующий партнёру открытую ладонь, просто не в состоянии лгать. Так что не всё так просто…

Как же на практике использовать данный жест? Обычно это не так сложно. При встрече, например, можно имитировать объятия на расстоянии (хотя в отношениях с близкими зачем имитировать – просто обнимитесь), можно просто широко развести руки. Доказывая что-то, можно активно жестикулировать, стараясь, чтобы ладони «смотрели» на собеседника.

Если собеседник принял Вашу игру, также открыл вам свои ладони, вы быстро наладите контакт. Однако может быть и наоборот: его открытая ладонь обращена вверх, на вас «смотрит» тыльная сторона, или вовсе он прячет руки за спину или в карманы. Жест этот, присущий скорее детям, тем не менее, очень распространён. «На воре и шапка горит» – выражение не просто красивое, но и практичное.

Человек, который прячет руки, явно замыслил (или уже реализовал задуманное) нечто нехорошее по отношению к Вам или Вашим близким.

Посему скрытие под любым предлогом рук в целом считается психологами признаком недоговорённости, злокозненности и недоверия. Кстати, для того, чтобы скрыть свои намерения, люди часто применяют и такие распространённые вспомогательные средства, как перчатки для рук или тёмные очки для глаз. Поэтому, затевая важный для вас разговор, на котором Вам хотелось бы заглянуть собеседнику в душу, ни в коем случае не надевайте перчатки или очки (даже обычные).

Знаком тревоги для Вас может являться также жест, при котором партнёр оборачивает кисть тыльной стороной вверх – жест доминирования. Вы гладили когда-либо кошку либо собаку? Нет? Только ребёнка? Разница небольшая (в жесте!). Ладонь обращена книзу, жест покровительственно-ласковый. Таким жестом при случае можно и хлопнуть по голове, чтобы «не высовывался». Примерно то же самое имеет в виду Ваш партнёр, демонстрируя вам подобный жест. Например, тёща, убеждающая зятя, что она его вторая мама, поэтому он обязан её во всём подчиняться. Причём содержание её слов могут вовсе не совпадать с истинными намерениями. Ведь даже просить можно в повелительной форме. Обычный типаж – председатель колхоза на шумном сельсовете: громыхая кулачищем по столу, орёт на весь зал дурным голосом:

– Прошу тишины!

Что это? Просьба или приказ? Или милая просьба жены:

– Ты не вынесешь мусор, дорогой? Корзина там, на коридоре… – и на дверь уже направлен указующий перст. Попробуй не пойди. Интонация вроде просящая, а вот палец так решительно выставлен в вашу сторону, словно дуло пистолета: шаг влево, шаг вправо – считается побег…

Между прочим, указывать пальцем на собеседника также психологически некорректно. Дело даже не в вежливости. Дело в том, что такое указывание, – демонстрация доминирования, что естественно, другому вряд ли понравится.

Так что в разговоре с близким вам человеком постарайтесь подобных жестов избегать.

К тому же нередко указующим жестом выражали презрение, «выявляли» недостойных. Психологический подтекст этих средневековых ситуаций жив и по сей день, поэтому стоит задуматься: нам надо наживать себе врагов? Если нет, то лучше от «указаний» воздержаться. А если уж и указывать, то всей рукой, а не одним пальцем, держа при этом ладонь перпендикулярно земле. Жест это более дружелюбный и воспринимается нейтрально.

Тесно связано с рассмотренными нами жестами и рукопожатие. Вообще, рукопожатий великое множество. Сколько людей, столько и рукопожатий. При этом каждый человек в разных условиях будет пожимать руку по-разному. Меняется рукопожатие и при изменении физического самочувствия человека. Так, больной ослабленный человек будет не в состоянии крепко пожать Вам руку, – его рукопожатие будет вялым и слабым.

Первое, на что обычно обращают внимание при рукопожатии, – это на его силу. В самом деле, вялое рукопожатие оставляет довольно неприятное впечатление. Как правило, это ощущение не обманывает – человек, который здоровается с Вами чисто формально, как правило, не станет долго держать Вашу руку и крепко её пожимать. Скорее всего, он ограничится слабым пожатием кратковременным контактом, после которого его рука выскользнет из Вашей, подобно скользкой лягушке. Будьте внимательны: этот человек, скорее всего, не заинтересован в контакте с Вами. Может быть, он просто спешит, хотя в случае спешки пожатие, как правило, достаточно энергичное, просто руку вырывают чуть раньше, чем Вы ослабите свою хватку.

Слабое пожатие при том, что Ваш собеседник не спешит убирать свою руку, свидетельствует не столько о том, что с Вами не хотят общаться, сколько о характере собеседника: скорее меланхоличном, слабом, неактивном. Сильное же и энергичное рукопожатие расскажет о характере энергичном, сильном и жизнерадостном. В то же время даже у обычно сильного и энергичного человека бывают депрессии или периоды слабости, о чём незамедлительно поведает его ставшая вялой и бессильной рука.

Теперь посмотрим, в какой позиции оказалась Ваша ладонь при пожатии. Ваши ладони находятся в строго перпендикулярном полу положении? Великолепно! И Вы, и Ваш партнёр полны взаимного уважения и готовы общаться на равных.

Совсем другое дело, когда Ваша рука оказывается немного повёрнутой ладонью вверх, а рука партнёра накрывает её сверху. Это уже позиция доминирования («дай лапу»), в которой подчинённую роль навязывают Вам. Хотя почему навязывают? Попробуйте понаблюдать за собой: может быть, Вы сами подаёте руку таким образом, что при рукопожатии она оказывается снизу? Может быть, Вы бессознательно чувствуете превосходство своего партнёра, и просто подстраиваетесь под него?

В любом случае при таком пожатии вряд ли далее можно рассчитывать на разговор на равных. Скорее всего, Вы окажетесь в положении Ребёнка, которому сейчас начнёт читать нотации (поучать, одобрять, ругать, хвалить) взрослый. Причём практически не имеет значения, кто из Вас старше. Иной раз наши дети могут поставить себя в такое положение, при котором мы, их родители, будем играть роль Ребёнка, в то время как коварный отпрыск станет уверенно командовать Вами из роли Родителя. Вам это надо? Надо так надо, а если нет – что же, попробуйте исправить положение на самом раннем этапе: при рукопожатии. Сделать это несложно: во-первых, уже подавая руку, несите её прямо, не поворачивая ладонью кверху. Получилось? Хорошо. А если нет, если ваш партнёр уже при рукопожатии пытается «завернуть» вам ладонь, пожалуйста! Немного повернитесь к нему таким образом, чтобы ваша рука сама выровняла положение. Это похоже на захват руки в самбо, только практически незаметный и без применения силы. Ни в коем случае не стоит применять силу! В таком случае вы заранее проигрываете, нарушив контакт. В лучшем случае ваш партнёр сделает вид, что ничего не заметил, в худшем – включится в соревнование, и тогда не исключено разбирательство с помощью кулаков. В любом случае контакт будет испорчен.

Потренироваться в «выравнивании» ладони несложно. Позовите детишек, поиграйте с ними в интересную игру – «кто кого передержит». Возьмитесь за руки и повертитесь друг перед другом, – времени займёт немного, да и развлечёт немного. Зато потом подобные умения обязательно пригодятся. Если простое разворачивание не поможет, попробуйте просто немного подшагнуть к партнёру, тогда его хватка ослабнет сама собой, и можно будет незаметно выровнять положение ладоней.

Впрочем, допускать обратное, то есть Ваше доминирование в рукопожатии, также не стоит. Конечно, бывают разные ситуации, однако в самые первые секунды контакта нарушить статус-кво, заставляя партнёра ощущать ваше превосходство (которое он, может быть, и не признает) – не самое лучшее начало контакта.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Продолжение на ЛитРес

Язык жестов на собеседовании

Мы не задумываемся о том, что будут делать руки, где должны находиться ноги — на столе или под столом, когда вы будете заниматься саморекламой при встрече с инспектором по кадрам, и нужно ли в этот момент шевелить ушами.

А если серьезно, знаете ли вы, что большинство интервью длится примерно пятнадцать-двадцать минут, но решающими являются  первые несколько минут. Мнение о претенденте складывается до того, как проводящий собеседование хотя бы заглянет в заполненную соискателем анкету. Насколько важны первые впечатления, видно из того, что в 70 % случаях «экзаменатор» составляет свое мнение еще до того, как соискателю удается произнести хоть одно слово.

Поэтому в этой статье мне хотелось бы поговорить о роли невербальных средств общения в ходе проведения делового собеседования.

Не секрет, что большую часть информации, примерно 70-80%, мы получаем через зрительные анализаторы. Однако, часто в общении с людьми мы не придаем этому должного значения и не умеем использовать ту информацию, которую можем получить, отследив, жесты, мимику, телодвижения.

С тех пор, как психология заинтересовалась языком жестов, было выявлено множество поразительных вещей. Самое  удивительное – это то крайне незначительное количество слов, являющихся значимыми в разговоре лицом к лицу, по сравнению с огромным количеством сигналов, передаваемых с помощью жестов и связанных с ними символов. Глядя в лицо собеседнику, мы замечаем и интерпретируем тончайшие микровыражения, легчайшую игру мускулов, малейшее движение взглядов.

В этой статье я хочу Вам дать несколько практических рекомендаций  общего характера. Выполняя их, вы повысите вероятность того, что именно вами заинтересуются, а не кем-то другим. Превратите язык жестов в вашего союзника, а не в противника.

КОГДА вы впервые увидите человека, который будет проводить собеседование, поднимитесь со стула, если это необходимо, улыбнитесь и спокойно встречайте его взгляд, предоставьте ему возможность протянуть вам руку и отвечайте на его рукопожатие.

ОБЫЧНО вам показывают, куда вы должны сесть, но если представят возможность выбрать, постарайтесь сесть рядом с собеседником, а не напротив него через стол. Так легче заставить его увидеть в вас потенциального единомышленника. Люди, сидящие бок о бок, охотнее сотрудничают, чем находясь лицом к лицу. Сидите свободно, удобно расположив руки, но не разваливайтесь и не наклоняйтесь вперед слишком сильно.

ДАЖЕ если вы волнуетесь, постарайтесь избежать явно выраженной защитной позы, не складывайте на груди руки и не сжимайте судорожно колени. Суета, ерзанье на стуле — все эти жесты могут выдать вашу нервозность. Держать руки не напряженными и показывать ладони — это один из способов продемонстрировать свою искренность и доброжелательность.

СМОТРИТЕ на проводящего собеседование, но не пытайтесь «есть его глазами». Постарайтесь держаться непринужденно и избегайте слишком часто отводить взгляд, так как можете показаться не внушающим доверия человеком с бегающими глазами.

ЕСЛИ вы с чем-то не согласны и хотите отстоять свои права по принципиальным на ваш взгляд вопросам, то делайте более четкие жесты и принимайте более выразительные позы, чем обычно, но не принимайте в этом случае угрожающих поз!

И еще один немаловажный аспект. Если в ходе собеседования с работодателем мы совершаем что-то приводящее нас в смущение и смятение, то большинство из нас усугубляют ситуацию последующей реакцией. В таких случаях мы заливаемся краской, бормочем извинения или пытаемся объясниться, начинаем волноваться, смотрим в пол, покрываемся испариной и производим впечатление человека неискреннего и не заслуживающего доверия, хотя это вовсе не так.

Поэтому перед тем как идти на собеседование и привести в боевую готовность весь имеющейся в вашем распоряжении арсенал для достижения поставленной цели, дайте ответ на вопрос: «Можете ли вы показать, что стоите того, чтобы на вас поставить?».

Удачи Вам на собеседовании!

Ольга Симанкович,
ведущий профконсультант
Филиала ГКУ НСО ЦЗН г. Новосибирска
Центра  занятости населения г. Оби

границ | Выражение лица, эмоции и языки жестов

Введение

Люди воспринимают мимику как выражение смысла, но откуда они берутся и что именно они означают? Основываясь на наблюдениях за выражениями лица, обычно связанными с эмоциями, Дарвин (1904) предположил, что они должны были иметь некую инструментальную цель в истории эволюции. Например, поднятие бровей могло помочь нашим предкам реагировать на неожиданные события окружающей среды, расширяя поле зрения и, следовательно, позволяя им видеть больше.Несмотря на то, что их инструментальная функция могла быть утрачена, выражение лица остается у людей как часть нашего биологического дара, и поэтому мы все еще поднимаем брови, когда в окружающей среде происходит что-то удивительное, независимо от того, имеет ли ценность видеть больше или нет. Следуя этой традиции, Экман (1979, 1992) утверждал, что существует набор врожденных выражений лица, и они означают, что человек, делающий это лицо, испытывает эмоцию; т. е. поднятие бровей означает: «Я удивлен.Он также утверждал, что существуют культурно приобретенные выражения лица, используемые для модуляции врожденных эмоциональных выражений, так называемые правила отображения, а также другие, которые используются для общения. Примеры последнего типа: (а) вспышка бровей, означающая «привет», (б) движения бровей во время речи, подчеркивающие определенные слова. Согласно этой точке зрения, некоторые выражения лица являются «считыванием» внутренних эмоциональных состояний, и тот факт, что они имеют значение для наблюдателя, является случайным, в то время как другие используются специально для общения и, таким образом, в некотором смысле намеренно значимы.

Однако Фридлунд (1997) утверждал, что не существует «считывания» внутренних эмоциональных состояний; скорее, то, что обычно считается эмоциональным выражением, развилось для сообщения намерений. То есть поднятые брови не означают «Я удивлен», а могут означать «Что-то случилось; Я собираюсь выяснить, что». С этой точки зрения все выражения лица развились для коммуникативных целей.

Последние 30 лет лингвистических исследований жестовых языков показали, что существуют выражения лица, которые используются вместе с мануальными жестами и функционируют как фонологические особенности, морфемы и синтаксические/просодические маркеры, например, условные предложения, обозначающие приподнятые брови (Liddell, 1980). ; Дачковский и Сандлер, 2009).Эти выражения лица носят ярко выраженный коммуникативный характер и используются в сочетании с другими значимыми движениями (движениями рук).

Таким образом, есть доказательства того, что выражения лица означают разные вещи, начиная от, возможно, универсальных сообщений, например, «Я удивлен»/«Что-то случилось!» к культурно-специфическим усвоенным значениям; т. е. «привет» для специфических для культуры значений, которые могут принимать участие в более крупных составных структурах с другими значимыми элементами, т. е. маркером условного предложения в жестовых языках.

Как можно объяснить диапазон значений и использования выражений лица? Следуя Wierzbicka (1999), мы утверждаем, что выражения лица представляют собой семиотические единицы (пары форма-значение), которые можно анализировать с помощью той же семантической методологии, которая используется для анализа слов (см. Wierzbicka, 1996, описание ее методологии). Еще два рабочих допущения, которые мы принимаем у Wierzbicka (1999, стр. 185), заключаются в следующем: (а) некоторые лицевые конфигурации имеют идентифицируемые контекстно-независимые значения; (б) некоторые выражения лица имеют универсальное значение, которое можно интерпретировать без привязки к культуре.Допущение (а) также делают Дачковский и Сандлер (2009), хотя, насколько мы понимаем, они ограничивают это утверждение выражениями лица, используемыми в качестве просодических единиц. Предположение (b) разделяет Экман. Обратите внимание, что в целом можно привести сильный аргумент в пользу того, что некоторые выражения лица являются врожденными, поскольку они также создаются слепыми от рождения людьми (Matsumoto and Willingham, 2009), но определение их значения вызывает большие споры.

Чтобы проиллюстрировать полемику, мы кратко обсудим значение выражения «поднять бровь», поскольку мы используем это выражение лица в качестве примера в этой статье.Экман (1992) предполагает, что это означает «я удивлен», но мы принимаем предположение Вежбицкой (1999, стр. 205) о том, что это означает «я хочу узнать больше (об этом)». Мы принимаем интерпретацию Вежбицкой по следующим причинам: Вежбицкая указывает, что термин «сюрприз» не является универсальным, он является частью английского языка и культуры. Вместо этого она предполагает, что значения выражений лица могут быть лучше выражены с использованием терминов из естественного семантического метаязыка (Wierzbicka, 1996), универсальность которого у нее есть.Кроме того, нам кажется, что часть значения удивления на самом деле заключается в «желании узнать больше об этом [неожиданном событии, которое только что произошло]», так что эти две интерпретации не являются полностью несовместимыми. Однако мы находим определение Вежбицкой более общим и способным охватить использование поднятия бровей в отношении эмоций и в языках жестов, поэтому мы принимаем именно его, признавая, что в настоящее время нет единого мнения по этому вопросу.

Что касается мимики в целом, то мы предлагаем объяснить их различия и сходства с точки зрения трех измерений: семантического, иконического и композиционного.Эти размеры получены из нашего первого рабочего предположения; что некоторые выражения лица являются семиотическими единицами (парами форма-значение). Семантическое измерение относится к смысловой части семиотической единицы, иконическое измерение — к характеру отношений между формой и значением, а композиционность — к тому, как семиотическая единица может сочетаться с другими семиотическими единицами для образования сложных семиотических структур. Семантическое измерение охватывает значения, которые являются универсальными для тех, которые специфичны для данной культуры.Иконическое измерение охватывает различные степени сходства выражений лица со своим значением. Измерение композиционности охватывает степени, в которых выражения лица легко сочетаются с другими семиотическими единицами, образуя сложные структуры. Аналогичное предположение было сделано для объяснения диапазона движений рук, используемых людьми, от жестов совместной речи слышащих до жестов глухих (McNeill, 1992). В этом мини-обзоре мы обобщаем данные о приобретении выражений лица подписавшимися, чтобы поддержать нашу точку зрения.Сначала мы представляем краткий обзор роли лица в структуре жестового языка. Затем мы описываем предложенные параметры и результаты приобретения выражений лица глухими подписчиками, которые их поддерживают, после чего мы приходим к выводу. Обратите внимание, что, насколько нам известно, в настоящее время существуют только данные о приобретении не руководств по американскому языку жестов (ASL), поэтому все приведенные ниже примеры относятся к ASL.

Языки жестов и роль лица

Языки жестов — это естественные лингвистические системы, которые возникают в сообществе глухих и, как и разговорные языки, имеют фонологический, лексический и синтаксический уровни структуры (например,г., Лидделл, 2003; Сандлер и Лилло-Мартин, 2006). Когнитивные и нейрокогнитивные данные свидетельствуют о том, что жестовые и разговорные языки обрабатываются сходным образом; например, они демонстрируют схожие эффекты лексического доступа (Baus et al., 2008; Carreiras et al., 2008) и поддерживаются сходными областями мозга (Campbell et al., 2008).

Движения лица и головы используются в жестовых языках на всех уровнях языковой структуры. На фонологическом уровне некоторые знаки имеют обязательный лицевой компонент в форме цитирования (Liddell, 1980; Woll, 2001).В ASL есть лицевые морфемы, такие как наречие «th», означающее «небрежно» (McIntire and Reilly, 1988; Crasborn et al., 2008). Действия лица отмечают относительные предложения, содержательные вопросы и условные предложения, среди прочего, хотя есть некоторые разногласия относительно того, следует ли рассматривать эти обозначения как синтаксические или просодические (ср. Liddell, 1980; Baker-Shenk, 1983; Aarons et al., 1992; Nespor). and Sandler, 1999; Sandler, 1999; Wilbur and Patschke, 1999; Neidle et al., 2000; Dachkovsky and Sandler, 2009; Wilbur, 2009).Подписывающие также используют лицо для жестов (Sandler, 2009). Ниже мы опишем, как эти виды использования лица могут быть описаны в терминах трех измерений; семантические, композиционные и знаковые с доказательствами приобретения выражения лица.

Семантическое измерение

Семантическое измерение относится к смысловой части семиотической единицы. Было высказано предположение, особенно для значений выражений лица, что существуют универсальные значения и культурно-специфические значения. Поднятие бровей считается единицей с универсальным значением, и мы принимаем предположение, что это означает «Я хочу узнать больше (об этом).

Поднятие бровей используется как с сопровождающей речью, так и без нее. Контекст может придать ему дополнительное значение помимо «Я хочу узнать больше (об этом)», однако мы утверждаем, что даже когда контекст добавляет больше смысла, он всегда сохраняет свое универсальное значение. Например, слышащие люди могут поднимать брови, задавая вопрос «да-нет» (Ekman, 1979), а также когда они сталкиваются с чем-то неожиданным в окружающей среде. В обоих случаях оно по-прежнему сохраняет значение «Я хочу узнать больше (об этом)», но в первом случае оно связано со словами в вопросе, а во втором — с событием.В языках жестов поднятие бровей также используется в разных контекстах; он может помечать вопросы «да-нет» и предшествующие условные предложения. Дачковский и Сандлер (2009, стр. 300) предполагают, что, несмотря на эти разные языковые контексты, поднятие бровей имеет одно значение, а именно: «[…] за промежуточной или интонационной фразой, отмеченной [поднятием бровей], должна следовать другая фраза, произведенная либо собеседника или другого». Мы находим интерпретацию Дачковского и Сандлера совместимой с интерпретацией «я хочу узнать больше (об этом)» или с аналогичной формулировкой, такой как «поступает дополнительная информация.

На культурно-специфическом конце семантического измерения лежит, например, наречие ASL «th» (небрежно), передаваемое легким высовыванием языка между сомкнутыми губами и наклоном головы. Говоря, что «небрежно» — это культурно-специфическое понятие, мы имеем в виду, что не во всех языках сложный набор поведений и отношений, составляющих значение «небрежно», обозначен словом/знаком. Однако мы не имеем в виду, что это понятие нельзя объяснить тому, в чьем языке нет для него слова.

Семантически универсальные выражения лица логически первыми появляются в приобретении. К 0:2 дети поднимают брови в том, что Izard et al. (1995) называют выражением «интерес», но которое мы называем «я хочу узнать больше (об этом)». Культурно-специфические выражения лица, такие как отрицательное качание головой, появляются примерно в 1:0, но они еще не сочетаются с жестами (Anderson and Reilly, 1997; Reilly, 2005).

Измерение культа

Мы используем термин иконичность для обозначения сходства значения формы.Сходство по своей природе зависит от степени. Некоторые выражения лица больше похожи на свои значения, чем другие. Связь между формой поднятия бровей и значением «Я хочу узнать больше (об этом)» является знаковой, поскольку поднятие бровей, чтобы увидеть больше, является метафорической иконой (Taub, 2001) желания узнать больше. Наречие «th» (небрежно) также кажется знаковым, поскольку легкое высовывание языка и наклон головы могут напоминать лицо человека, ведущего себя небрежно. У нас нет данных о выражениях лица, употребляемых как слышащими, так и глухими людьми, совершенно произвольно связанных с их значением; однако мы думаем, что это в принципе возможно, потому что многие семиотические единицы, особенно в разговорной речи, не обнаруживают никакого сходства формы и значения.Мы предлагаем подмигивание, используемое в некоторых англоязычных культурах для обозначения «я не серьезно», в качестве примера мимического действия, произвольно связанного со значением.

В приобретении, поскольку универсальные выражения появляются первыми и поскольку универсальные значения, по-видимому, обязательно имеют форму, мотивированную значением (Wierzbicka, 1999, p. 213), поэтому иконичность предшествует произвольности. Даже когда жестовые дети начинают комбинировать выражения со знаками в соотношении 1:6, первые типы, которые они используют, — это выражения лица, связанные с эмоциями, с концептуальными знаками эмоций (McIntire and Reilly, 1988; Reilly et al., 1990б).

Измерение композиционности

Выше мы видели, что поднятие бровей может употребляться отдельно или в сочетании с другими семиотическими единицами, такими как слова, т. е. является композиционным. В языках жестов поднятие бровей может использоваться вместе с жестами (которые эквивалентны произносимым словам). В разговорных языках поднятие бровей также может использоваться вместе со словами, однако в языках жестов, похоже, есть больше ограничений на то, как поднятие бровей сочетается со знаками / словами. Первое существенное отличие заключается в том, что в некоторых жестовых языках поднятие бровей является обязательным в ответах на вопросы «да-нет» (Дачковский и Сандлер, 2009), тогда как в разговорных языках это не так.Второе отличие заключается в том, что выражения лица, участвующие в составных знаковых структурах, по-видимому, более строго синхронизированы с началом и окончанием знаков/слов по сравнению с устной речью (Veinberg and Wilbur, 1990). Может показаться, что при переходе от использования лица в разговорной речи к использованию лица как части жестов, как это было предложено для жестикуляции и языка жестов в McNeill (1992), увеличивается количество комбинаторных вариантов выражения лица.

Не все выражения лица должны появляться в составных структурах; однако мы не знаем о существовании выражения лица, которое запрещает комбинацию во всех случаях.Например, кажется, что даже символические выражения лица, которые обычно выделяются сами по себе, такие как упомянутое выше «привет» мигание бровями, могут использоваться для замены слов в предложении. Однако наша точка зрения состоит в том, что некоторые выражения лица легче сочетаются с другими семиотическими единицами, чем другие, и что существуют степени регулярности составных структур, т. е. сочетание поднятия бровей со словами в жестовых языках встречается более регулярно и времени, чем в разговорных языках.

Полное овладение комбинаторными условностями выражения лица в языке жестов длится не менее 7 лет. Первое сочетание мимики с другими семиотическими единицами у подписывающих происходит примерно в соотношении 1:6. Эти мимические действия кажутся фонологическими особенностями. Это также происходит, когда появляется мануальный знак для отрицания, но ребенок не сочетает его со своим покачиванием головой до 2 месяцев спустя (1:8). В возрасте 2 лет появляются первые лицевые наречия.В 2:5 дети используют выражения лица, чтобы изобразить эмоции других людей, а в 3:0 используют перерыв в зрительном контакте и мимику других, чтобы отметить смену ролей. 3:0 также является возрастом, когда дети используют мануальный знак для «если», но только в 5:0 они начинают использовать его с поднятием бровей, и только в 7:0 они полностью приближаются к взрослому производству условных предложений (Reilly et al. ., 1990а; Рейли, 2005).

Заключение

С точки зрения трех предложенных аспектов, по мере того как дети осваивают выражения лица, они переходят от врожденных универсальных понятий, отображенных на иконические формы, созданные в целостных структурах, к специфическим для культуры понятиям, традиционным сопоставлениям формы и значения и все более сложным составным структурам.Дополнительные данные о приобретении мимики на языках жестов, отличных от ASL, а также данные о развитии и использовании мимики в разговорной речи помогут прояснить, какие понятия и формы являются универсальными (если таковые имеются).

Мы считаем важным отметить, что наши континуумы ​​не объясняют , как дети приобретают выражения лица, а, скорее, делают сильное заявление относительно того, что дети приобретают: семиотические единицы и знания о том, как комбинировать их в более сложные семиотические единицы.Эта точка зрения контрастирует со взглядами, утверждающими, что выражения лица, связанные с эмоциями, выражения лица, используемые слышащими людьми во время разговора, и выражения лица, используемые подписывающими во время жестов, должны рассматриваться как отдельные явления. Мы считаем важным сначала точно охарактеризовать «что» при приобретении выражения лица, поскольку это неизбежно ограничивает возможные ответы на вопрос о том, как люди приобретают выражение лица.

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

Эта работа была поддержана Международной исследовательской школой Макса Планка «Жизненный курс: эволюционная и онтогенетическая динамика» (LIFE) и Кластером передового опыта, Языки эмоций, Свободный университет Берлина.

Ссылки

Ааронс, Д., Бахан, Б., Нейдл, К., и Кегл, Дж. (1992). Клаузальная структура и уровень грамматической маркировки в американском жестовом языке. Норд. Дж. Лингвист. 15, 103–142.

Полнотекстовая перекрестная ссылка

Андерсон, Д.Э. и Рейли, Дж. С. (1997). Загадка отрицания: как дети переходят от коммуникативного к грамматическому отрицанию в ASL. Заяв. Психолингвист. 18, 411–429.

Полнотекстовая перекрестная ссылка

Бейкер-Шенк, К. (1983). Микроанализ немануальных компонентов вопросов на американском жестовом языке . Беркли, Калифорния: Калифорнийский университет.

Каррейрас, М., Гутьеррес-Сигут, Э., Бакеро, С., и Корина, Д. (2008).Лексическая обработка на испанском языке жестов (LSE). Дж. Мем. Ланг. 58, 100–122.

Полнотекстовая перекрестная ссылка

Красборн О., ван дер Койдж Э., Уотерс Д., Уолл Б. и Меш Дж. (2008). Частотное распределение и поведение распространения различных типов движений рта на трех жестовых языках. Язык знака. Лингвист. 11, 45–67.

Полнотекстовая перекрестная ссылка

Дарвин, К. (1904). Выражение эмоций у человека и животных .Лондон: Джон Мюррей.

Экман, П. (1979). «О бровях: эмоциональные и разговорные сигналы», в Human Ethology , eds J. Aschoof, M. von Cranach, K. Foppa, W. Lepenies и D. Ploog (Cambridge: Cambridge University Press), 169–202.

Экман, П. (1992). Аргумент в пользу базовых эмоций. Познан. Эмот. 6, 169–200.

Полнотекстовая перекрестная ссылка

Фридлунд, А. Дж. (1997). «Новая этология выражений лица человека», в The Psychology of Facial Expression , под редакцией J.А. Рассел и Дж. Фернандес-Долс (Кембридж: издательство Кембриджского университета), 103–129.

Izard, C.E., Fantauzzo, C.A., Castle, J.M., Haynes, O.M., Rayias, M.F., and Putnam, P.H. (1995). Онтогенез и значение мимики детей первых 9 месяцев жизни. Дев. Психол. 31, 997–1013.

Полнотекстовая перекрестная ссылка

Лидделл, Южная Каролина (1980). Синтаксис американского языка жестов . Гаага: Мутон.

Лидделл, С.К. (2003). Грамматика, жесты и значения в американском языке жестов . Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

Макинтайр, М.Л., и Рейли, Дж.С. (1988). Неручное поведение у изучающих американский язык жестов L1 и L2. Язык знака. Стад. 61, 351–375.

Макнейл, Дэвид. (1992). Рука и разум: что жесты говорят о мышлении . Чикаго: Издательство Чикагского университета.

Нейдл, К., Кегл, Дж., Мак Лафлин, Д., Бахан, Б., и Ли, Р. Г. (2000). Синтаксис американского языка жестов . Кембридж, Массачусетс: MIT Press.

Неспор, М., и Сандлер, В. (1999). Просодия на израильском жестовом языке. Ланг. Речь 42, 143–176.

Полнотекстовая перекрестная ссылка

Рейли, Дж. (2005). Как лица служат грамматике: развитие немануальной морфологии в американском жестовом языке. Доп. Подпишите Ланг. Дев. Глухой ребенок. 11, 262–290.

Полнотекстовая перекрестная ссылка

Рейли, Дж. С., Макинтайр, М., и Беллуджи, У. (1990a). Приобретение условных выражений в американском языке жестов – грамматизированная мимика. Заяв. Психолингвист. 11, 369–392.

Полнотекстовая перекрестная ссылка

Рейли, Дж. С., Макинтайр, М. Л., и Беллуджи, У. (1990b). «Лица: связь между языком и аффектом», в «От жестов к языку у слышащих и глухих детей », под редакцией В.Вольтерра и К. Эртинг (Берлин: Springer Verlag), 128–142.

Сандлер, В. (1999). Просодия в двух модальностях естественного языка. Ланг. Речь 42, 127–142.

Полнотекстовая перекрестная ссылка

Сандлер, В. (2009). Симбиотическая символизация руками и ртом на языке жестов. Семиотика 174, 241–275.

Сандлер, В., и Лилло-Мартин, Д. (2006). Язык жестов и языковые универсалии . Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета.

Тауб, С. (2001). Язык тела: иконичность и метафора в американском жестовом языке . Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета.

Вайнберг С. и Уилбур Р. Б. (1990). Лингвистический анализ отрицательного рукопожатия в американском языке жестов. Язык знака. Стад. 68, 217–244.

Вежбицкая, А. (1996). Семантика: простые числа и универсалии . Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета.

Вежбицкая, А.(1999). Эмоции в разных языках и культурах . Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

Уилбур, Р. Б., и Пачке, К. (1999). Синтаксические корреляты поднятия бровей в ASL. Язык знака. Лингвист. 2, 3–40.

Полнотекстовая перекрестная ссылка

Уолл, Б. (2001). «Знак, который осмеливается произнести свое имя: эхо-фонология на британском языке жестов (BSL)», в «Руки — это голова рта », редакторы П. Бойес Браем и Р.Саттон-Спенс (Гамбург: Signum-Verlag), 87–98.

Выражение лица, эмоции и языки жестов

Front Psychol. 2013; 4: 115.

Eeva A. Elliott

1 Факультет экспериментальной и нейрокогнитивной психологии, Свободный университет Берлина, Берлин, Германия

Артур М. Джейкобс

1 Кафедра экспериментальной и нейрокогнитивной психологии Берлинского свободного университета , Берлин, Германия

2 Далемский институт нейровизуализации эмоций, Берлин, Германия

1 Кафедра экспериментальной и нейрокогнитивной психологии, Свободный университет Берлина, Берлин, Германия

2 Далемский институт нейровизуализации эмоций Берлин, Германия

Под редакцией: Марсела Пена, Католический университет Чили, Чили

Рецензирование: Вероника Фигероа, Гете-Университет, Франкфурт-на-Майне, Германия; Дэвид Винсон, Университетский колледж Лондона, Великобритания

*Переписка: Эева А.Эллиотт, кафедра экспериментальной и нейрокогнитивной психологии, Свободный университет Берлина, Habelschwerdter Allee 45, 14195 Берлин, Германия. электронная почта: [email protected]

Эта статья была отправлена ​​в Frontiers in Language Sciences, специальность Frontiers in Psychology.

Поступила в редакцию 17 окт. 2012 г.; Принято 22 февраля 2013 г.

Это статья с открытым доступом, распространяемая в соответствии с лицензией Creative Commons Attribution License, которая разрешает использование, распространение и воспроизведение на других форумах при условии указания авторов и источника и любых уведомлений об авторских правах. относительно любой сторонней графики и т. д.

Эта статья была процитирована другими статьями в PMC.

Abstract

Выражения лица используются людьми для передачи различных типов значений в различных контекстах. Диапазон значений охватывает базовые, возможно, врожденные социально-эмоциональные понятия, такие как «удивление», до сложных и специфичных для данной культуры понятий, таких как «небрежность». Диапазон контекстов, в которых люди используют выражения лица, охватывает реакцию на события в окружающей среде на определенные языковые конструкции в жестовых языках.В этом мини-обзоре мы обобщаем данные об использовании и приобретении выражений лица подписчиками и представляем унифицированный отчет о диапазоне используемых выражений лица, ссылаясь на три измерения, по которым выражения лица различаются: семантическое, композиционное и иконическое.

Ключевые слова: язык жестов, мимика, эмоции

Введение

Люди воспринимают мимику как выражение смысла, но откуда они берутся и что именно они означают? Основываясь на наблюдениях за выражениями лица, обычно связанными с эмоциями, Дарвин (1904) предположил, что они должны были иметь некую инструментальную цель в истории эволюции.Например, поднятие бровей могло помочь нашим предкам реагировать на неожиданные события окружающей среды, расширяя поле зрения и, следовательно, позволяя им видеть больше. Несмотря на то, что их инструментальная функция могла быть утрачена, выражение лица остается у людей как часть нашего биологического дара, и поэтому мы все еще поднимаем брови, когда в окружающей среде происходит что-то удивительное, независимо от того, имеет ли ценность видеть больше или нет. Следуя этой традиции, Экман (1979, 1992) утверждал, что существует набор врожденных выражений лица, и они означают, что человек, делающий это лицо, испытывает эмоцию; я.е., поднятие бровей означает «Я удивлен». Он также утверждал, что существуют культурно приобретенные выражения лица, используемые для модуляции врожденных эмоциональных выражений, так называемые правила отображения, а также другие, которые используются для общения. Примеры последнего типа: (а) вспышка бровей, означающая «привет», (б) движения бровей во время речи, подчеркивающие определенные слова. Согласно этой точке зрения, некоторые выражения лица являются «считыванием» внутренних эмоциональных состояний, и тот факт, что они имеют значение для наблюдателя, является случайным, в то время как другие используются специально для общения и, таким образом, в некотором смысле намеренно значимы.

Однако Фридлунд (1997) утверждал, что не существует «считывания» внутренних эмоциональных состояний; скорее, то, что обычно считается эмоциональным выражением, развилось для сообщения намерений. То есть поднятые брови не означают «Я удивлен», а могут означать «Что-то случилось; Я собираюсь выяснить, что». С этой точки зрения все выражения лица развились для коммуникативных целей.

Последние 30 лет лингвистических исследований жестовых языков показали, что существуют выражения лица, которые используются вместе с мануальными жестами и функционируют как фонологические особенности, морфемы и синтаксические/просодические маркеры, например, приподнятые брови, обозначающие условные предложения (Liddell, 1980; Дачковский и Сандлер, 2009).Эти выражения лица носят ярко выраженный коммуникативный характер и используются в сочетании с другими значимыми движениями (движениями рук).

Таким образом, есть свидетельства того, что выражения лица означают разные вещи, начиная от, возможно, универсальных сообщений, например, «Я удивлен»/«Что-то случилось!» к культурно-специфическим усвоенным значениям; т. е. «привет» для специфических для культуры значений, которые могут принимать участие в более крупных составных структурах с другими значимыми элементами, т. е. маркером условного предложения в жестовых языках.

Как можно объяснить диапазон значений и использования выражений лица? Следуя Wierzbicka (1999), мы утверждаем, что выражения лица представляют собой семиотические единицы (пары форма-значение), которые можно анализировать с помощью той же семантической методологии, которая используется для анализа слов (см. Wierzbicka, 1996, описание ее методологии). Еще два рабочих допущения, которые мы принимаем у Wierzbicka (1999, стр. 185), заключаются в следующем: (а) некоторые лицевые конфигурации имеют идентифицируемые контекстно-независимые значения; (б) некоторые выражения лица имеют универсальное значение, которое можно интерпретировать без привязки к культуре.Допущение (а) также делают Дачковский и Сандлер (2009), хотя, насколько мы понимаем, они ограничивают это утверждение выражениями лица, используемыми в качестве просодических единиц. Предположение (b) разделяет Экман. Обратите внимание, что в целом можно привести сильный аргумент в пользу того, что некоторые выражения лица являются врожденными, поскольку они также создаются слепыми от рождения людьми (Matsumoto and Willingham, 2009), но определение их значения вызывает большие споры.

Чтобы проиллюстрировать полемику, мы кратко обсудим значение поднятия бровей, поскольку мы используем это выражение лица в качестве примера в этой статье.Экман (1992) предполагает, что это означает «я удивлен», но мы принимаем предположение Вежбицкой (1999, стр. 205) о том, что это означает «я хочу узнать больше (об этом)». Мы принимаем интерпретацию Вежбицкой по следующим причинам: Вежбицкая указывает, что термин «сюрприз» не является универсальным, он является частью английского языка и культуры. Вместо этого она предполагает, что значения выражений лица могут быть лучше выражены с использованием терминов из естественного семантического метаязыка (Wierzbicka, 1996), универсальность которого у нее есть.Кроме того, нам кажется, что часть значения удивления на самом деле заключается в «желании узнать больше об этом [неожиданном событии, которое только что произошло]», так что эти две интерпретации не являются полностью несовместимыми. Однако мы находим определение Вежбицкой более общим и способным охватить использование поднятия бровей в отношении эмоций и в языках жестов, поэтому мы принимаем именно его, признавая, что в настоящее время нет единого мнения по этому вопросу.

Что касается мимики в целом, то мы предлагаем объяснить их различия и сходства с точки зрения трех измерений: семантического, иконического и композиционного.Эти размеры получены из нашего первого рабочего предположения; что некоторые выражения лица являются семиотическими единицами (парами форма-значение). Семантическое измерение относится к смысловой части семиотической единицы, иконическое измерение — к характеру отношений между формой и значением, а композиционность — к тому, как семиотическая единица может сочетаться с другими семиотическими единицами для образования сложных семиотических структур. Семантическое измерение охватывает значения, которые являются универсальными для тех, которые специфичны для данной культуры.Иконическое измерение охватывает различные степени сходства выражений лица со своим значением. Измерение композиционности охватывает степени, в которых выражения лица легко сочетаются с другими семиотическими единицами, образуя сложные структуры. Аналогичное предположение было сделано для объяснения диапазона движений рук, используемых людьми, от жестов совместной речи слышащих до жестов глухих (McNeill, 1992). В этом мини-обзоре мы обобщаем данные о приобретении выражений лица подписавшимися, чтобы поддержать нашу точку зрения.Сначала мы представляем краткий обзор роли лица в структуре жестового языка. Затем мы описываем предложенные параметры и результаты приобретения выражений лица глухими подписчиками, которые их поддерживают, после чего мы приходим к выводу. Обратите внимание, что, насколько нам известно, в настоящее время существуют только данные о приобретении не руководств по американскому языку жестов (ASL), поэтому все приведенные ниже примеры относятся к ASL.

Языки жестов и роль лица

Языки жестов — это естественные языковые системы, которые возникают в сообществе глухих и, как и разговорные языки, имеют фонологический, лексический и синтаксический уровни структуры (например,г., Лидделл, 2003; Сандлер и Лилло-Мартин, 2006). Когнитивные и нейрокогнитивные данные свидетельствуют о том, что жестовые и разговорные языки обрабатываются сходным образом; например, они демонстрируют схожие эффекты лексического доступа (Baus et al., 2008; Carreiras et al., 2008) и поддерживаются сходными областями мозга (Campbell et al., 2008).

Движения лица и головы используются в жестовых языках на всех уровнях языковой структуры. На фонологическом уровне некоторые знаки имеют обязательный лицевой компонент в форме цитирования (Liddell, 1980; Woll, 2001).В ASL есть лицевые морфемы, такие как наречие «th», означающее «небрежно» (McIntire and Reilly, 1988; Crasborn et al., 2008). Действия лица отмечают относительные предложения, содержательные вопросы и условные предложения, среди прочего, хотя есть некоторые разногласия относительно того, следует ли рассматривать эти обозначения как синтаксические или просодические (ср. Liddell, 1980; Baker-Shenk, 1983; Aarons et al., 1992; Nespor). and Sandler, 1999; Sandler, 1999; Wilbur and Patschke, 1999; Neidle et al., 2000; Dachkovsky and Sandler, 2009; Wilbur, 2009).Подписывающие также используют лицо для жестов (Sandler, 2009). Ниже мы опишем, как эти виды использования лица могут быть описаны в терминах трех измерений; семантические, композиционные и знаковые с доказательствами приобретения выражения лица.

Семантическое измерение

Семантическое измерение относится к смысловой части семиотической единицы. Было высказано предположение, особенно для значений выражений лица, что существуют универсальные значения и культурно-специфические значения. Поднятие бровей считается единицей с универсальным значением, и мы принимаем предположение, что это означает «Я хочу узнать больше (об этом).”

Поднятие бровей используется как с сопровождающей речью, так и без нее. Контекст может придать ему дополнительное значение помимо «Я хочу узнать больше (об этом)», однако мы утверждаем, что даже когда контекст добавляет больше смысла, он всегда сохраняет свое универсальное значение. Например, слышащие люди могут поднимать брови, задавая вопрос «да-нет» (Ekman, 1979), а также когда они сталкиваются с чем-то неожиданным в окружающей среде. В обоих случаях оно по-прежнему сохраняет значение «Я хочу узнать больше (об этом)», но в первом случае оно связано со словами в вопросе, а во втором — с событием.В языках жестов поднятие бровей также используется в разных контекстах; он может помечать вопросы «да-нет» и предшествующие условные предложения. Дачковский и Сандлер (2009, стр. 300) предполагают, что, несмотря на эти разные языковые контексты, поднятие бровей имеет одно значение, а именно: «[…] за промежуточной или интонационной фразой, отмеченной [поднятием бровей], должна следовать другая фраза, произведенная либо собеседника или другого». Мы находим интерпретацию Дачковского и Сандлера совместимой с интерпретацией «я хочу узнать больше (об этом)» или с аналогичной формулировкой, такой как «поступает дополнительная информация.

На культурно-специфическом конце семантического измерения лежит, например, наречие ASL «th» (небрежно), передаваемое слегка высунутым языком между сомкнутыми губами и наклоном головы. Говоря, что «небрежно» — это культурно-специфическое понятие, мы имеем в виду, что не во всех языках сложный набор поведений и отношений, составляющих значение «небрежно», обозначен словом/знаком. Однако мы не имеем в виду, что это понятие нельзя объяснить тому, в чьем языке нет для него слова.

Семантически универсальные выражения лица логически первыми появляются в приобретении. К 0:2 дети поднимают брови в том, что Izard et al. (1995) называют выражением «интерес», но которое мы называем «я хочу узнать больше (об этом)». Культурно-специфические выражения лица, такие как отрицательное качание головой, появляются примерно в 1:0, но они еще не сочетаются с жестами (Anderson and Reilly, 1997; Reilly, 2005).

Измерение иконичности

Мы используем термин иконичность для обозначения сходства значения формы.Сходство по своей природе зависит от степени. Некоторые выражения лица больше похожи на свои значения, чем другие. Связь между формой поднятия бровей и значением «Я хочу узнать больше (об этом)» является знаковой, поскольку поднятие бровей, чтобы увидеть больше, является метафорической иконой (Taub, 2001) желания узнать больше. Наречие «th» (небрежно) также кажется знаковым, поскольку легкое высовывание языка и наклон головы могут напоминать лицо человека, ведущего себя небрежно. У нас нет данных о выражениях лица, употребляемых как слышащими, так и глухими людьми, совершенно произвольно связанных с их значением; однако мы думаем, что это в принципе возможно, потому что многие семиотические единицы, особенно в разговорной речи, не обнаруживают никакого сходства формы и значения.Мы предлагаем подмигивание, используемое в некоторых англоязычных культурах для обозначения «я не серьезно», в качестве примера мимического действия, произвольно связанного со значением.

В приобретении, поскольку универсальные выражения появляются первыми и поскольку универсальные значения, по-видимому, обязательно имеют форму, мотивированную смыслом (Wierzbicka, 1999, с. 213), поэтому иконичность предшествует произвольности. Даже когда жестовые дети начинают комбинировать выражения со знаками в соотношении 1:6, первые типы, которые они используют, — это выражения лица, связанные с эмоциями, с концептуальными знаками эмоций (McIntire and Reilly, 1988; Reilly et al., 1990б).

Измерение композиционности

Выше мы видели, что поднятие бровей может использоваться отдельно или в сочетании с другими семиотическими единицами, такими как слова, т. е. оно является композиционным. В языках жестов поднятие бровей может использоваться вместе с жестами (которые эквивалентны произносимым словам). В разговорных языках поднятие бровей также может использоваться вместе со словами, однако в языках жестов, похоже, есть больше ограничений на то, как поднятие бровей сочетается со знаками / словами. Первое существенное отличие заключается в том, что в некоторых жестовых языках поднятие бровей является обязательным в ответах на вопросы «да-нет» (Дачковский и Сандлер, 2009), тогда как в разговорных языках это не так.Второе отличие заключается в том, что выражения лица, участвующие в составных знаковых структурах, по-видимому, более строго синхронизированы с началом и окончанием знаков/слов по сравнению с устной речью (Veinberg and Wilbur, 1990). Может показаться, что при переходе от использования лица в разговорной речи к использованию лица как части жестов, как это было предложено для жестикуляции и языка жестов в McNeill (1992), увеличивается количество комбинаторных вариантов выражения лица.

Не все выражения лица должны появляться в составных структурах; однако мы не знаем о существовании выражения лица, которое запрещает комбинацию во всех случаях.Например, кажется, что даже символические выражения лица, которые обычно выделяются сами по себе, такие как упомянутое выше «привет» мигание бровями, могут использоваться для замены слов в предложении. Однако наша точка зрения состоит в том, что некоторые выражения лица легче сочетаются с другими семиотическими единицами, чем другие, и что существуют степени регулярности составных структур, т. е. сочетание поднятия бровей со словами в жестовых языках встречается более регулярно и времени, чем в разговорных языках.

Приобретение полного мастерства в комбинаторных условностях выражения лица в языке жестов длится не менее 7  лет. Первое сочетание мимики с другими семиотическими единицами у подписывающих происходит примерно в соотношении 1:6. Эти мимические действия кажутся фонологическими особенностями. Это также происходит, когда появляется мануальный жест для отрицания, но ребенок не сочетает его с покачиванием головой до двух месяцев спустя (1:8). В возрасте 2 лет появляются первые лицевые наречия.В 2:5 дети используют выражения лица, чтобы изобразить эмоции других людей, а в 3:0 используют перерыв в зрительном контакте и мимику других, чтобы отметить смену ролей. 3:0 также является возрастом, когда дети используют мануальный знак для «если», но только в 5:0 они начинают использовать его с поднятием бровей, и только в 7:0 они полностью приближаются к взрослому производству условных предложений (Reilly et al. ., 1990а; Рейли, 2005).

Заключение

С точки зрения трех предложенных измерений, по мере того, как дети осваивают выражения лица, они переходят от врожденных универсальных понятий, отображенных на иконические формы, созданные в целостных структурах, к специфическим культурным понятиям, традиционным сопоставлениям формы и значения и все более сложным составным структурам.Дополнительные данные о приобретении мимики на языках жестов, отличных от ASL, а также данные о развитии и использовании мимики в разговорной речи помогут прояснить, какие понятия и формы являются универсальными (если таковые имеются).

Мы считаем важным отметить, что наши континуумы ​​не объясняют, как детей приобретают выражения лица, а, скорее, делают сильное заявление относительно того, что дети приобретают: семиотических единиц и знания о том, как комбинировать их в более сложные семиотические единицы.Эта точка зрения контрастирует со взглядами, утверждающими, что выражения лица, связанные с эмоциями, выражения лица, используемые слышащими людьми во время разговора, и выражения лица, используемые подписывающими во время жестов, должны рассматриваться как отдельные явления. Мы считаем важным сначала точно охарактеризовать «что» при приобретении выражения лица, поскольку это неизбежно ограничивает возможные ответы на вопрос о том, как люди приобретают выражение лица.

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

Эта работа была поддержана Международной исследовательской школой Макса Планка «Жизненный курс: эволюционная и онтогенетическая динамика» (LIFE) и Кластером передового опыта, Языки эмоций, Свободный университет Берлина.

Ссылки

  • Ааронс Д., Бахан Б., Нейдл К., Кегл Дж. (1992). Клаузальная структура и уровень грамматической маркировки в американском жестовом языке. Норд. Дж. Лингвист. 15, 103–14210.1017/S0332586500002560 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Anderson D.E., Рейли Дж. С. (1997). Загадка отрицания: как дети переходят от коммуникативного к грамматическому отрицанию в ASL. заявл. Психолингвист. 18, 411–42910.1017/S0142716400010912 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Baker-Shenk C. (1983). Микроанализ неручных компонентов вопросов на американском жестовом языке. Беркли, Калифорния: Калифорнийский университет [Google Scholar]
  • Baus C., Gutierrez-Sigut E., Quer J., Carreiras M. (2008). Лексический доступ в производстве каталонского жестового языка (LSC).Познание 108, 856–86510.1016/j.cognition.2008.05.012 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Кэмпбелл Р., МакСвини М. А., Уотерс Д. (2008). Язык жестов и мозг: обзор. Дж. Глухой Стад. Глухой педагог. 13, 3–2010.1093/deafed/enm035 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Каррейрас М., Гутьеррес-Сигут Э., Бакеро С., Корина Д. (2008). Лексическая обработка на испанском языке жестов (LSE). Дж. Мем. Ланг. 58, 100–12210.1016/j.jml.2007.05.004 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Красборн О., ван дер Коой Э., Уотерс Д., Уолл Б., Меш Дж. (2008). Частотное распределение и поведение распространения различных типов движений рта на трех жестовых языках. Подпишите Ланг. Лингвист. 11, 45–6710.1075/sl&l.11.1.04cra [CrossRef] [Google Scholar]
  • Дачковский С., Сандлер В. (2009). Зрительная интонация в просодии жестового языка. Ланг. Речь 52, 287–31410.1177/0023830

    3175 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Дарвин С. (1904). Выражение эмоций у человека и животных.Лондон: Джон Мюррей [Google Scholar]
  • Экман П. (1979). «О бровях: эмоциональные и разговорные сигналы», в Human Ethology, eds Aschoof J., von Cranach M., Foppa K., Lepenies W., Ploog D. (Cambridge: Cambridge University Press; ), 169–202 [Google Scholar ]
  • Экман П. (1992). Аргумент в пользу базовых эмоций. Познан. Эмот. 6, 169–20010.1080/026999311068 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Фридлунд А. Дж. (1997). «Новая этология выражения лица человека», в «Психологии выражения лица» под редакцией Рассела Дж.A., Fernandez-Dols J. (Cambridge: Cambridge University Press; ), 103–129 [Google Scholar]
  • Izard C. E., Fantauzzo C. A., Castle J. M., Haynes O. M., Rayias M. F., Putnam P. H. (1995). Онтогенез и значение мимики детей первых 9 месяцев жизни. Дев. Психол. 31, 997–101310.1037/0012-1649.31.6.997 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Лидделл С. К. (1980). Синтаксис американского языка жестов. Гаага: Mouton [Google Scholar]
  • Liddell SK (2003).Грамматика, жесты и значение американского языка жестов. Кембридж: Издательство Кембриджского университета [Google Scholar]
  • Мацумото Д., Уиллингем Б. (2009). Спонтанная мимика эмоций у врожденных и не врожденных слепых людей. Дж. Перс. соц. Психол. 96, 1–1010.1037/a0014037 [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • McIntire ML, Reilly JS (1988). Неручное поведение у изучающих американский язык жестов L1 и L2. Подпишите Ланг. Стад. 61, 351–375 [Google Scholar]
  • Макнил Дэвид.(1992). Рука и разум: что жесты говорят о мысли. Чикаго: Издательство Чикагского университета [Google Scholar]
  • Нейдл С., Кегл Дж., Мак Лафлин Д., Бахан Б., Ли Р. Г. (2000). Синтаксис американского языка жестов. Кембридж, Массачусетс: MIT Press [Google Scholar]
  • Неспор М., Сандлер В. (1999). Просодия на израильском жестовом языке. Ланг. Речь 42, 143–17610.1177/002383099
  • 020201 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Рейли Дж. (2005). Как лица служат грамматике: развитие немануальной морфологии в американском жестовом языке.Доп. Подпишите Ланг. Дев. Глухой ребенок. 11, 262–29010.1093/acprof:oso/97801
  • 947.003.0011 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Reilly J. S., McIntire M., Bellugi U. (1990a). Приобретение условных выражений в американском языке жестов – грамматизированная мимика. заявл. Психолингвист. 11, 369–39210.1017/S0142716400009632 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Рейли Дж. С., Макинтайр М. Л., Беллуджи У. (1990b). «Лица: связь между языком и аффектом», в книге «От жестов к языку у слышащих и глухих детей», ред. Вольтерра В., Erting C. (Berlin: Springer Verlag; ), 128–142 [Google Scholar]
  • Sandler W. (1999). Просодия в двух модальностях естественного языка. Ланг. Речь 42, 127–14210.1177/002383099
  • 020101 [CrossRef] [Google Scholar]
  • Sandler W. (2009). Симбиотическая символизация руками и ртом на языке жестов. семиотика 174, 241–275 [бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar]
  • Sandler W., Lillo-Martin D. (2006). Язык жестов и языковые универсалии. Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета [Google Scholar]
  • Тауб С.(2001). Язык тела: иконичность и метафора в американском языке жестов. Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета [Google Scholar]
  • Вайнберг С., Уилбур Р. Б. (1990). Лингвистический анализ отрицательного рукопожатия в американском языке жестов. Подпишите Ланг. Стад. 68, 217–244 [Google Scholar]
  • Wierzbicka A. (1996). Семантика: простые числа и универсалии. Нью-Йорк: Oxford University Press [Google Scholar]
  • Wierzbicka A. (1999). Эмоции в разных языках и культурах. Кембридж: Издательство Кембриджского университета [Google Scholar]
  • Уилбур Р.Б. (2009). Влияние различной скорости подписания на ручные знаки ASL и неручные маркеры. Ланг. Речь 52, 245–28510.1177/0023830

    3174 [бесплатная статья PMC] [PubMed] [CrossRef] [Google Scholar]
  • Wilbur R. B., Patschke C. (1999). Синтаксические корреляты поднятия бровей в ASL. Подпишите Ланг. Лингвист. 2, 3–4010.1075/sll.2.2.05wil [CrossRef] [Google Scholar]
  • Woll B. (2001). «Знак, который осмеливается произнести свое имя: эхо-фонология на британском языке жестов (BSL)», в книге «Руки — это голова рта», редакторы Бойес Брейм П., Sutton-Spence R. (Hamburg: Signum-Verlag; ), 87–98 [Google Scholar]

Сложная система мимики в языке жестов | Факультет гуманитарных наук.

Мимика и язык жестов

«В языке жестов мимика используется для выражения как лингвистической информации, так и эмоций.Например: поднять бровь необходимо, чтобы отметить общие вопросы на большинстве жестовых языков. При этом подписывающие используют лицо для выражения эмоций — либо своих, либо при цитировании кого-то другого. Нам нужно больше узнать о том, что происходит, когда грамматика и эмоции должны быть выражены одновременно. Сможет ли компьютерное программное обеспечение уловить правильное значение?» — спрашивает Вадим Киммельман.

Киммельман — доцент Бергенского университета, где он работает лингвистом, в основном над грамматикой жестовых языков, в частности русского жестового языка (РГЯ). ) и язык жестов Нидерландов (NGT).В своем последнем исследовании, опубликованном в PLOS ONE, Киммельман изучает, что происходит, когда разные эмоции сочетаются с разными типами предложений, используя программное обеспечение для анализа 2D-видео для отслеживания положения бровей в видеозаписях. Киммельман и его коллеги из Назарбаев Университета в Казахстане исследовали эти вопросы для казахско-русского языка жестов, который является языком жестов, используемым в Казахстане.

Отслеживание черт рук, тела и лица

«В нашем исследовании мы попросили девять носителей языка составить те же предложения, что и утверждения, и задать два типа вопросов (например,г. Девушка упала – Девушка упала? – Куда упала девочка?). Подписавшийся задавал вопросы три раза, добавляя три разных эмоции (нейтральный, злой, удивленный). Основываясь на исследованиях других языков жестов, мы ожидали, что и эмоции, и грамматика будут влиять на положение бровей, и что мы могли бы обнаружить некоторые взаимодействия», — объясняет Киммельман. позволяет автоматически отслеживать руки, тело и черты лица в 2D-видео.

«С помощью этого программного обеспечения мы смогли точно и объективно измерить положение бровей в различных условиях и провести количественный анализ. Исследование, как и ожидалось, показало, что на положение бровей в казахско-русском жестовом языке влияют как эмоции, так и грамматика. вопросы отмечены поднятыми бровями, удивление отмечено поднятыми бровями, а гнев отмечен опущенными бровями».

Сложные выражения лица

Киммельман также обнаружил, что эмоциональную и грамматическую маркировку можно комбинировать:
 
«Мы обнаружили, что при удивленных общих вопросах брови поднимаются даже выше, чем при нейтральных вопросах. Кроме того, мы обнаружили некоторые сложные взаимодействия между факторами, влияющими на положения бровей, что указывает на необходимость будущих исследований.В будущем мы также исследуем, как движение бровей согласуется с конкретными знаками в предложении, в дополнение к тому, как это влияет на среднее положение бровей, и мы исследуем другие черты лица, а также положение головы и тела. «.

Результаты этого исследования показывают некоторые реальные практические последствия. Эволюция новых технологий явно способствовала улучшению и расширению коммуникативных возможностей людей с нарушениями слуха, говорит Киммелман:

Демонстрация новых возможностей

«Во-первых, студенты, изучающие казахско-русский язык жестов (например, будущие переводчики), должны знать, как и эмоции, и грамматика влияют на выражение лица. Во-вторых, наши выводы повлияют на проекты по автоматическому распознаванию языка жестов, поскольку ясно, что модели распознавания должны учитывать как грамматическую информацию, так и эмоции применительно к выражениям лица».

«И последнее, но не менее важное: наше исследование демонстрирует возможности, которые новые технологии, такие как компьютерное зрение, открывают для научных исследований жестовых языков», — говорит Киммельман.

Подпись лицом: эмоциональное выражение в повествовании у глухих детей с расстройством аутистического спектра

  • Аграфиотис, Д., Канагараджа, К.Н., Булл, Д.Р., Кайл, Дж.Г., Твайфорд, Х.Е., и Дай, М. (2006 ). Оптимизированная для восприятия система кодирования видео для общения на языке жестов с низкой скоростью передачи данных. Обработка сигналов: Image Communications, 21 (7), 531–549.

    Google Scholar

  • Американская психиатрическая ассоциация. (1994). Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам (4-е изд.). Вашингтон, округ Колумбия: Американская психиатрическая ассоциация.

    Google Scholar

  • Эшвин, К., Чепмен, Э., Колле, Л., и Барон-Коэн, С. (2006). Нарушение распознавания негативных базовых эмоций при аутизме: проверка теории миндалевидного тела. Социальная неврология, 1 (3–4), 349–363.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Baltaxe, CAM, & Guthrie, D. (1987). Использование основного ударения в предложении нормальными детьми, детьми с афазией и аутизмом. Журнал аутизма и нарушений развития, 17 (2), 255–271.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Барон-Коэн, С., Шпиц, А., и Кросс, П. (1993). Узнают ли дети с аутизмом удивление? Заметка об исследовании. Познание и эмоции, 7 (6), 506–516.

    Артикул Google Scholar

  • Беллуджи, У., Грейди, Л., Лилло-Мартин, Д., Грейди, М., Ван Хук, К., и Корина, Д. (1990). Развитие пространственного мышления у глухих детей. В V. Volterra & CJ Erting (Eds.), От жестов к языку у слышащих и глухих детей (стр.278–298). Нью-Йорк: Спрингер.

    Глава Google Scholar

  • Беттгер, Дж. Г., Эммори, К., Маккалоу, С., и Беллуджи, У. (1997). Улучшенная дискриминация лиц: последствия опыта с американским языком жестов. Журнал исследований глухих и образования глухих, 2 (4), 223–233.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Биберих А. А. и Морган С.Б. (2004). Саморегуляция и аффективное выражение во время игры у детей с аутизмом или синдромом Дауна: краткосрочное продольное исследование. Журнал аутизма и нарушений развития, 34 (4), 439–448.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Блэр, Дж. (2003). Мимика, ее коммуникативные функции и нейрокогнитивные субстраты. Философские труды Лондонского общества Риоял B, 358 , 561–572.

    Артикул Google Scholar

  • Брентари, Д., и Кроссли, Л. (2002). Просодия на руках и лице: свидетельство американского языка жестов. Язык жестов и лингвистика, 5 (2), 105–130.

    Артикул Google Scholar

  • Брюэр Р., Биотто Ф., Катмур К., Пресс К., Хаппе Ф., Кук Р. и др. (2016). Могут ли нейротипичные люди читать аутичные выражения лица? Нетипичная эмоциональная мимика при расстройствах аутистического спектра. Исследования аутизма, 9 (2), 262–271.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Кэмпбелл, Р., Уолл, Б., Бенсон, П.Дж., и Уоллес, С.Б. (1999). Категориальное восприятие действий лица: их роль в языке жестов и в коммуникативных проявлениях лица. Ежеквартальный журнал экспериментальной психологии A, 52 (1), 67–95. https://doi.org/10.1080/713755802.

    Артикул Google Scholar

  • Каппс, Л., Касари, К., Йирмия, Н., и Сигман, М. (1993). Восприятие родителями эмоциональной выразительности у детей с аутизмом. Journal of Consulting and Clinical Psychology, 61 (3), 475–484.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Каппс, Л., Керес, Дж., и Сигман, М. (1998). Разговорные способности у детей с аутизмом и детей с задержкой развития. Аутизм, 2 (4), 325–344.

    Артикул Google Scholar

  • Карминати, М.Н. и Кноферле П. (2013). Влияние эмоционального выражения лица говорящего и возраста слушателя на пошаговую обработку предложений. PLoS ONE, 8 (9), e72559. https://doi.org/10.1371/journal.pone.0072559.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • Чен, Ч. Х., Ли, И.-Джуй, и Лин, Л. (2015). Моделирование собственного лица на основе дополненной реальности для развития эмоционального выражения и социальных навыков у подростков с расстройствами аутистического спектра. Исследования нарушений развития, 36 , 396–403.

    Артикул Google Scholar

  • Константино, Дж. Н., и Грубер, С. П. (2005). Шкала социальной ответственности . Лос-Анджелес: Западные психологические службы.

    Google Scholar

  • Кук Р., Брюэр Р., Шах П. и Бёрд Г. (2013). Алекситемия, а не аутизм, предсказывает плохое распознавание эмоциональных выражений лица. Психологическая наука, 24 (5), 723–732.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Корина Д. П., Беллуджи У. и Рейли Дж. (1999). Нейропсихологические исследования языковых и аффективных выражений лица у глухих сурдопереводчиков. Язык и речь, 42 , 307–331.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Кормье, К., Смит, С.и Севчикова З. (2013). Структуры предикатов, жесты и одновременность в представлении действия на британском языке жестов: свидетельства глухих детей и взрослых. Журнал исследований глухих и образования глухих, 18 (3), 370–390.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • Костелло Б., Фернандес Ф. и Ланда А. (2006). Несуществующий (несуществующий) носитель языка жестов: исследование жестового языка среди небольшой группы глухих.В Б. Костелло, Дж. Фернандес и А. Ланда (редакторы), Теоретические вопросы исследования жестового языка (TISLR) 9 Конференция . Флорианополис, Бразилия.

  • Дачовский, С., и Сандлер, В. (2009). Зрительная интонация в просодии жестового языка. Язык и речь, 52 , 287–314.

    Артикул Google Scholar

  • Доусон Г., Хилл Д., Спенсер А., Галперт Л. и Уотсон Л. (1990).Аффективный обмен между маленькими аутичными детьми и их матерями. Журнал аномальной детской психологии, 18 (3), 335–345. ( Erratum Journal of Abnormal Child Psychology (1991) 19(1), 115 ).

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Дания, Т., Аткинсон, Дж., Кэмпбелл, Р., и Светтенхэм, Дж. (2014). Как типично развивающиеся глухие дети и глухие дети с расстройствами аутистического спектра используют лицо при понимании эмоциональных выражений лица на британском языке жестов? Журнал аутизма и нарушений развития, 44 , 2584–2592.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • Деннис М., Локьер Л. и Лазенби А. (2000). Как высокофункциональные дети с аутизмом понимают настоящие и обманчивые эмоции. Аутизм, 4 , 370–379.

    Артикул Google Scholar

  • Дзиобек, И., Банеманн, М., Конвит, А., и Хикерен, Х. Р. (2010). Роль веретенообразно-миндалевидной системы в патофизиологии аутизма. Архив общей психиатрии, 67 (4), 397–405.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Экман, П. (2000). Базовые эмоции. В Т. Далглиш и М. Пауэр (ред.), Справочник по познанию и эмоциям (стр. 45–60). Сассекс: Джон Уайли и сыновья.

    Google Scholar

  • Экман П. и Фризен В. В. (1978). Система кодирования движений лица .Пало-Альто: Психологи-консультанты Press.

    Google Scholar

  • Экман П. и Остер Х. (1979). Выражение эмоций на лице. Ежегодный обзор психологии, 30 , 527–554.

    Артикул Google Scholar

  • Эллиотт, Э. А., и Джейкобс, А. М. (2013). Мимика, эмоции и языки жестов. Границы психологии, 4 , 115.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • Эммори, К., Томпсон, Р., и Колвин, Р. (2009). Взгляд во время понимания американского языка жестов носителями и начинающими сурдопереводчиками. Журнал исследований глухих и образования глухих, 14 (2), 237–243.

    Артикул Google Scholar

  • Газиуддин, М., &. Батлер, Э. (1998).Неуклюжесть при аутизме и синдроме Аспергера: дополнительный отчет. Журнал исследований умственной отсталости, 42 (1), 43–48.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Граймель, Э., Шульте-Рютер, М., Финк, Г.Р., Пифке, М., Херперц-Дальманн, Б., и Конрад, К. (2010). Развитие нейронных коррелятов эмпатии с детства до раннего взросления: исследование фМРТ у мальчиков и взрослых мужчин. Journal of Neural Transmission, 117 , 781–791.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Гриффитс, С., Джаррольд, К., Пентон-Воак, И.С., Вудс, А.Т., Скиннер, А.Л., и Мунафо, М.Р. (2017). Нарушение распознавания основных эмоций по выражению лица у молодых людей с расстройством аутистического спектра: оценка важности интенсивности выражения. Журнал аутизма и нарушений развития . https://doi.org/10.1007/s10803-017-3091-7.

    Артикул ПабМед Центральный Google Scholar

  • Гроссман, Р.Б., Эдельсон, Л. Р., и Тагер-Флусберг, Х. (2013). Эмоциональные выражения лица и голоса во время пересказа историй детьми и подростками с высокофункциональным аутизмом. Журнал исследований речи, языка и слуха, 56 , 1035–1044.

    Артикул Google Scholar

  • Хансен, С., и Скотт, Дж. (2018). Систематический обзор исследований аутизма у глухих или слабослышащих детей. Институт инвалидов Хэммилла, 39 (2), 330–334.

    Google Scholar

  • Хармс, М.Б., Мартин, А., и Уоллес, Г.Л. (2010). Распознавание эмоций на лице при расстройствах аутистического спектра: обзор поведенческих и нейровизуализационных исследований. Neuropsychology Review, 20 (3), 290–322.

    Артикул Google Scholar

  • Хауталь, Н., Нойманн, М.Ф., и Швайнбергер, С.Р. (2012). Распространение внимания у глухих и слышащих участников: обработка отвлекающих факторов лица и объекта под перцептивной нагрузкой. Внимание, восприятие и психофизика, 74 (6), 1312–1320.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Хендрикс, Б. (2007). Отрицание на иорданском языке жестов: межъязыковая перспектива. В P. Perniss, R. Pfau & M. Steinbach (Eds.), Видимые вариации: кросс-лингвистические исследования структуры жестового языка (стр. 104–128). Берлин: Мутон де Грюйтер.

    Google Scholar

  • Герман Р., Гроув, Н., Холмс, С., Морган, Г., Сазерленд, Х., и Уолл, Б. (2004). Оценка развития британского языка жестов: производственный тест (повествовательные навыки) . Лондон: Городской университет.

    Google Scholar

  • Герман, Р., Холмс, С., и Уолл, Б. (1999) Оценка развития британского языка жестов: Тест на рецептивные навыки . Коулфорд: Лесная книжная служба Эссекса, Великобритания.

    Google Scholar

  • Герман Р., Роули, К., Мейсон, К., и Морган, Г. (2014). Дефицит повествовательных способностей у детей, использующих британский язык жестов, с определенными языковыми нарушениями. Международный журнал языковых и коммуникативных расстройств, 49 (3), 343–353.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Хаббард, Д. Дж., Фасо, Д. Дж., Ассман, П. Ф., и Сассон, Н. Дж. (2017). Производство и восприятие эмоциональной просодии взрослыми с расстройствами аутистического спектра. Исследования аутизма, 10 (12), 1991–2001 гг.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • Хаббард, К., и Траунер, Д. А. (2007). Интонация и эмоции при расстройствах аутистического спектра. Журнал психолингвистических исследований, 36 , 159–173.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Янсевич Э. М., Гольдберг М.C., Newschaffer, CJ, Denckla, MB, Landa, R., & Mostofsky, SH (2006). Двигательные признаки отличают детей с высокофункциональным аутизмом и синдромом Аспергера от контрольной группы. Журнал аутизма и нарушений развития., 36 (5), 613–621.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Джонс А.С., Тоскано Э., Боттинг Н., Маршалл С.Р., Аткинсон Дж.Р., Дания Т. и др. (2016). Навыки повествования у глухих детей, использующих разговорный английский: диссоциация между макро- и микроструктурными устройствами. Исследования нарушений развития, 59 , 268–282.

    Артикул Google Scholar

  • Касари, К., Сигман, М., Манди, П., и Йирмия, Н. (1990). Аффективный обмен в контексте совместного взаимодействия внимания нормальных, аутичных и умственно отсталых детей. Журнал аутизма и нарушений развития, 20 (1), 87–100.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Ларцева А., Dijkstra, T., Kan, CC, & Buitelaar, JK (2014). Обработка эмоциональных слов пациентами с расстройствами аутистического спектра: данные по времени реакции и ЭЭГ. Журнал аутизма и нарушений развития, 44 (11), 2882–2894.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Лаусберг, Х., и Слоетжес, Х. (2009). Кодирование жестового поведения с помощью системы NEUROGES-ELAN. Методы исследования поведения, приборы и компьютеры, 41 (3), 841–849.https://doi.org/10.3758/BRM.41.3.591.

    Артикул Google Scholar

  • Ли, А., Хобсон, Р.П., и Чиат, С.Дж. (1994). Я, ты, я и аутизм: экспериментальное исследование. Журнал аутизма и нарушений развития, 24 (2), 155–176.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Линднер, Дж. Л., и Розен, Л. А. (2006). Расшифровка эмоций через мимику, просодию и словесное содержание у детей и подростков с синдромом Аспергера. Журнал аутизма и нарушений развития, 36 (6), 769–777.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Лорд К., Раттер М., ДиЛаворе П. К. и Ризи С. (1999). График наблюдения за диагностикой аутизма WPS (ADOS-WPS) . Лос-Анджелес: Западные психологические службы.

    Google Scholar

  • Макдональд Х., Раттер М., Хоулин П., Риос П., Ле Кутер А., Эверед К. и Фолштейн С. (1989). Распознавание и выражение эмоциональных сигналов аутичными и нормальными взрослыми. Журнал детской психологии и психиатрии, 30 , 865–877.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • МакСвини, М., Чапек, К.М., Кэмпбелл, Р., и Уолл, Б. (2008). Знаковый мозг: нейробиология языка жестов. Trends in Cognitive Science, 12 (11), 432–440.

    Артикул Google Scholar

  • Мацуда С. и Ямамото Дж. (2013). Вмешательство для улучшения понимания аффективной просодии у детей с расстройствами аутистического спектра. Исследования расстройств аутистического спектра, 7 (8), 938–946.

    Артикул Google Scholar

  • Маккейб, А., и Петерсон, К. (1990). Что делает повествование запоминающимся? Прикладная психолингвистика, 11 , 73–82.

    Артикул Google Scholar

  • Макканн, Дж., и Пппе, С. (2003). Просодия при расстройствах аутистического спектра: критический обзор. Международный журнал языковых и коммуникативных расстройств, 38 (4), 325–350.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Макинтайр, М.Л., и Рейли, Дж.С. (1988). Неручное поведение у изучающих американский язык жестов L1 и L2. Изучение жестового языка, 61 , 351–375.

    Артикул Google Scholar

  • Макфиллипс, М., Финлей, Дж., Беджеро, С., и Хэнли, М. (2014). Двигательный дефицит у детей с расстройством аутистического спектра: кросс-синдромное исследование. Исследования аутизма, 7 , 664–676.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Мегрейя А. М. и Биндеманн М.(2017). Преимущество визуальной обработки для молодых и подростковых глухих наблюдателей: данные из задач на сопоставление лиц и объектов. Научные отчеты, 7 , 1–6.

    Артикул Google Scholar

  • Митчелл, Т.В., Летурно, С.М., и Маслин, М.К. (2013). Поведенческие и нервные признаки повышенного внимания к нижней половине лица у глухих сурдопереводчиков. Восстановительная неврология и неврология., 31 (2), 125–139.

    ПабМед ПабМед Центральный Google Scholar

  • Муд Д. и Шилд А. (2014). Клиническое использование второго издания Графика наблюдения за диагностикой аутизма у глухих детей. Семинары по речи и языку, 35 (4), 288–300.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Морган Г., Смит Н., Цимпли И. и Уолл Б. (2002).Язык вопреки всему: изучение британского языка жестов ученым-полиглотом. Журнал лингвистики, 38 , 1–41.

    Артикул Google Scholar

  • Мул, К., Коши, А., Хоуз, Д. Дж., Бреннан, Дж., и Даддс, М. Р. (2014). Дифференциация расстройств аутистического спектра и перекрывающихся психопатологий с помощью краткой версии шкалы социальной ответственности. Детская психиатрия и развитие человека, 46 (1), 1–11.

    Google Scholar

  • Манди, П., Дельгадо, К.Э., Блок, Дж., Венеция, М., Хоган, А., и Зайберт, Дж. (2003). Руководство по сокращенным шкалам ранней социальной коммуникации (ESCS) . Флорида: факультет психологии Университета Майами, Корал-Гейблс.

    Google Scholar

  • Pantic, M., & Rothkrantz, LJM (2004). Распознавание лицевых движений для анализа выражения лица на основе статических изображений лица. IEEE Transactions on Systems, Man and Cybernetics, Part B: Cybernetics, 34 (3), 1449–1461.

    Артикул Google Scholar

  • Пол, Р., Шриберг, Л. Д., МакСвини, Дж., Чиккетти, Д., Клин, А., и Фолькмар, Ф. (2005). Краткий отчет: Взаимосвязь между просодическим исполнением и рейтингами общения и социализации у высокофункциональных ораторов с расстройствами аутистического спектра. Журнал аутизма и нарушений развития, 35 (6), 861–869.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Пеппе, С., Макканн, Дж., Гиббон, Ф.О., Хэйр, А., и Резерфорд, М. (2006). Оценка просодических и прагматических способностей у детей с высокофункциональным аутизмом. Журнал прагматики, 38 , 1776–1791.

    Артикул Google Scholar

  • Петерсон, К.С., и Сигал, М. (1999). Представление внутренних миров: теория разума у ​​аутичных, глухих и нормально слышащих детей. Психологические науки, 10 , 126–129.

    Артикул Google Scholar

  • Пойзнер, Х., Клима, Э.С., и Беллуджи, У. (1990). Signers с инсультами: поражения левого полушария, гл. 3. В H. Poizner, E. S. Klima, & U. Bellugi (Eds.), Что руки говорят о мозге (стр. 133–150). Лондон: Массачусетский технологический институт Press.

  • Поульсен Д., Кинч Э. и Кинч В. (1979). Детское понимание и память на рассказы. Журнал экспериментальной детской психологии, 28 , 379–403.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Квинто-Посо, Д., Форбер-Пратт, А.Дж., и Синглтон, Дж.Л. (2011). Существуют ли нарушения развития коммуникации в жестовой модальности? Взгляды профессионалов. Услуги по языку, речи и слуху для школ, 42 (4), 423–443.

    Артикул Google Scholar

  • Рэйвен, Дж., Рэйвен, Дж. К., и Корт, Дж. Х. (1998). Прогрессивные матрицы и словарные шкалы Равена . Оксфорд: Oxford Psychologists Press.

    Google Scholar

  • Ройд, Г. Х., и Миллер, Л. Дж. (1997). Международная шкала производительности Лейтера, пересмотренная версия . Вуд Дейл: Stoelting Co.

    Google Scholar

  • Розин, П., и Фэллон, А.Е. (1987). Взгляд на отвращение. Психологический обзор, 94 (1), 23–41.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Резерфорд, доктор медицины, и Макинтош, Д. Н. (2007). Правила против сопоставления прототипов: стратегии восприятия эмоциональных выражений лица в спектре аутизма. Журнал аутизма и нарушений развития, 37 (2), 187–196.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Скавин, К.(2003). Контрольный список общения и социального взаимодействия для глухих детей, которые умеют владеть жестами. Магистерский проект . Лондон: Городской университет.

    Google Scholar

  • Шик, Б., Де Вильерс, П., Де Вильерс, Дж., и Хоффмайстер, Р. (2007). Язык и теория разума: исследование глухих детей. Развитие ребенка, 78 (2), 376–396.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Себе, Н., Лью, М.С., Коэн, И., Сун, Ю., Геверс, Т., и Хуанг, Т. (2007). Аутентичный анализ выражения лица. Материалы международной конференции по автоматическому распознаванию лиц и жестов. Image and Vision Computing , 25, 1856–1863.

    Артикул Google Scholar

  • Шилд А., Кули Ф. и Мейер Р. П. (2017). Эхолалия языка жестов у глухих детей с расстройствами аутистического спектра. Журнал исследований речи, языка и слуха, 60 (6), 1622–1634.

    Артикул Google Scholar

  • Шилд, А., и Мейер, Р. П. (2012). Ошибки перестановки ладоней у детей с аутизмом, говорящих на родном языке. Journal of Communication Disorders, 45 (6), 439–454.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • Шилд, А., Мейер, Р. П., и Тагер-Флусберг, Х. (2015). Использование местоимений языка жестов детьми с аутизмом, говорящими на родном языке. Journal of Autism and Developmental Disorder, 45 (7), 2128–2145.

    Артикул Google Scholar

  • Шилд, А., Пайерс, Дж., Мартин, А., и Тагер-Флусберг, Х. (2016). Отношения между языком и познанием у детей с расстройством аутистического спектра, говорящих на родном языке. Исследования аутизма, 9 (12), 1304–1315.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Шриберг Л.Д., Пол, Р., МакСвини, Дж. Л., Клин, А. М., Коэн, Д. Дж., и Фолькмар, Ф. Р. (2001). Речевые и просодические характеристики подростков и взрослых с высокофункциональным аутизмом и синдромом Аспергера. Journal of Speech Language & Hearing Research, 44 (5), 1097–1115.

    Артикул Google Scholar

  • Стэгг, С. Д., Славный, Р., Хэнд, К., Кардосо, А., и Смит, П. (2014). Учитывается ли выражение лица? Как обычно развивающиеся дети первоначально реагируют на детей с аутизмом. Аутизм, 18 (6), 704–711.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Stokoe, WC (2005). Структура языка жестов: обзор систем визуальной коммуникации глухих американцев. Журнал исследований глухих и образования глухих, 10 (1), 3–37.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Саттон-Спенс Р. и Уолл Б. (1999). Лингвистика британского жестового языка: введение . Кембридж: Издательство Кембриджского университета.

    Книга Google Scholar

  • Шимански, К.А., Брайс, П.Дж., Лам, К.Х., и Хотто, С.А. (2012). Глухие дети с расстройствами аутистического спектра. Журнал аутизма и нарушений развития, 42 (10), 2027–2037.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Томпсон Р.Л., Лэнгдон, К., и Эммори, К. (2009). Понимание лингвистических функций взгляда в американском языке жестов. Документ, представленный на конференции CUNY по обработке человеческих предложений , март 2009 г., Дэвис, Калифорния.

  • Тревизан, Д. А., Бауэринг, М., и Бирмингем, Э. (2016). Алекситимия, но не расстройство аутистического спектра, может быть связана с эмоциональной мимикой. Молекулярный аутизм, 7 , 46. https://doi.org/10.1186/s13229-016-0108-6.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • Волкер, М., Лопата, А.С., Смит, Д.А., и Томер, М.Л. (2009). Кодирование лица детей с высокофункциональными расстройствами аутистического спектра. Акцент на аутизме и других нарушениях развития, 24 , 195–204.

    Артикул Google Scholar

  • Ван, А. Т., Ли, С. С., Сигман, М.и Дапретто, М. (2006). Нейронная основа понимания иронии у детей с аутизмом: роль просодии и контекста. Мозг, 129 , 932–943.

    Артикул пабмед ПабМед Центральный Google Scholar

  • Уоткинс, Л., Кун, М., Ледбеттер-Чо, К., Гевартер, К., и Рейли, М. (2015). Доказательные методы социальной коммуникации для детей с расстройствами аутистического спектра. Индийский журнал педиатрии, 10 , 1–8.

    Google Scholar

  • Веллман, Х.М., Филлипс, А.Т., и Родригес, Т. (2000) Понимание маленькими детьми восприятия, желания и эмоций. Развитие ребенка 71 (4), 895–912.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Винг, Л., Ликам, С.Р., Либби, С.Дж., Гулд, Дж., и Ларкомб, М. (2002). Диагностическое интервью для социальных и коммуникативных расстройств: предыстория, межэкспертная надежность и клиническое использование. Журнал детской психологии и психиатрии . 43(3):307–25.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Вонг, Н., Бейдель, округ Колумбия, Сарвер, Д.Е., и Симс, В. (2012). Распознавание эмоций по лицу у детей с высокофункциональным аутизмом и детей с социальной фобией. Детская психиатрия и развитие человека, 43 (5), 775–794.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Вульф, Т., Want, SC, & Siegal, M. (2002). Указатели к развитию: Теория разума у ​​глухих детей. Развитие ребенка, 73 (3), 768–778.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Йирмия, Н., Касари, К., Сигман, М., и Манди, П. (1989). Мимика аффекта у аутичных умственно отсталых и нормальных детей. Журнал детской психологии и психиатрии, 30 , 725–735.

    Артикул пабмед Google Scholar

  • Цзэн З., Фу Ю., Ройсман Г.И., Вен З., Ху Ю. и Хуанг Т. (2006). Спонтанное обнаружение эмоционального выражения лица. Журнал мультимедиа, 1 , 1–8.

    Артикул Google Scholar

  • Распознавание лиц основано на использовании языка жестов | Журнал исследований глухих и образования глухих

    Аннотация

    Предыдущие исследования показали, что ранние глухие подписчики различаются по способу обработки лица.Однако неясно, какие аспекты обработки лица изменились и какую роль в этом изменении мог сыграть язык жестов. Здесь мы сравнили категоризацию лиц (человеческие/нечеловеческие) и эффективность распознавания человеческих лиц у глубоко глухих сурдопереводчиков, слышащих сурдопереводчиков и слышащих сурдопереводчиков. В задаче категоризации лиц три группы показали одинаковые результаты как по времени отклика, так и по точности. Однако в задаче распознавания лиц подписчики (как глухие, так и слышащие) медленнее, чем слышащие неподписывающие, точно распознавали лица, но имели более высокий уровень точности.Мы пришли к выводу, что опыт использования языка жестов, а не глухота, определяет компромисс между скоростью и точностью при распознавании лиц (но не при категоризации лиц). Это предполагает стратегические различия в обработке лицевой идентичности для людей, использующих язык жестов, независимо от их слухового статуса.

    Обработка лица при глухоте

    Говорят, что люди являются экспертами в распознавании лиц, и некоторые существующие данные убедительно свидетельствуют о важной роли визуального опыта в развитии этого навыка (Haist, Adamo, Han, Lee, & Stiles, 2013).Взрослые специалисты в распознавании лиц действительно не обладают всеми людьми, например, пациентами с врожденной катарактой, у которых раннее нарушение зрения препятствует полному развитию обработки лиц (Le Grand, Mondloch, Maurer, & Brent, 2001). Есть также свидетельства того, что на визуальное познание в более общем плане также может влиять нетипичный сенсорный опыт. Например, ранняя глубокая глухота приводит к весьма специфическим улучшениям обработки зрительных сигналов (обзоры см. в Bavelier, Dye, & Hauser, 2006; Pavani & Bottari, 2012), при этом у глухих также нарушается обработка лиц.

    В глухом общении лица имеют особый статус. В языке жестов выражение лица обеспечивает не только эмоциональные, но и грамматические и синтаксические маркеры (Brentari & Crossley, 2002; Liddell, 2003; Reilly, Mcintire, & Seago, 1992; Reilly & Bellugi, 1996). Лицо и его выражения могут каким-то образом заменять тон голоса, и один и тот же знак или предложение могут иметь другое значение или могут быть окрашены в соответствии с выражением лица. Поэтому общение с помощью языка жестов у глухих или слышащих людей требует особого внимания, что также может повлиять на то, как эти группы населения обрабатывают лица.Исследования показали, что глухие сурдопереводчики не изучают лица так, как слышащие не-сурдопереводчики (Watanabe, Matsuda, Nishioka, & Namatame, 2011). Например, в то время как слышащие японцы, не владеющие жестами, тратили больше времени на фиксацию области носа в задаче на оценку эмоциональной валентности, японские глухие сурдопереводчики больше внимания уделяли глазам. Как следствие, важно определить, чем отличается обработка лиц глухих, слышащих и неслышащих людей.

    Следуя этой идее, Арнольд и Мюррей (1998) обнаружили, что глухие сурдопереводчики лучше, чем слышащие сурдопереводчики, при сопоставлении лиц, но не при сопоставлении объектов, не являющихся лицами.Беттгер, Эммори, Маккалоу и Беллуджи (1997) сообщили, что как глухие, так и слышащие носители языка (слышащие люди, рожденные от глухих родителей) лучше различают фотографии лиц при разных ракурсах и условиях освещения, чем слышащие незнающие. В более позднем исследовании (de Heering, Aljuhanay, Rossion, & Pascalis, 2012) сравнивалась производительность глухих и слышащих людей, не говорящих с помощью эффекта инверсии лица (т. е. тот факт, что лицо лучше распознается в вертикальном положении, чем в перевернутом). составной лицевой эффект (т.д., зрительная иллюзия, при которой две одинаковые верхние части лица воспринимаются как несколько отличающиеся друг от друга, если их соответствующая нижняя часть принадлежит разным идентичностям). Авторы сообщили о более длительном времени отклика, чтобы соответствовать перевернутым лицам для глухих подписывающих по сравнению со слышащими неподписывающими. В то же время глухие сурдопереводчики медленнее распознавали половину лица, но были столь же чувствительны к эффекту составного лица, как и слышащие, не владеющие жестами. Эти последние результаты предполагают, что глухие люди, пишущие жесты, могут развивать различные способы обработки лица, увеличивая зависимость от канонической ориентации лица.Эта идея подтверждается недавними результатами He, Xu и Tanaka (2016), которые оценили эффект инверсии лица у глухих и слышащих людей, не говорящих с помощью задания на измерение лица. Эта задача позволила определить, какая часть лица была решающей в эффекте инверсии лица, путем изменения деталей лица либо в области глаз, либо в области рта. Они заметили, что глухие подписчики менее подвержены влиянию эффекта инверсии лица, чем слышащие, не говорящие, когда изменения происходят в области рта. Стоит отметить, что эти различия наблюдались только для лиц, а не для других визуальных объектов.де Херинг и др. (2012) сравнивали распознавание лиц или автомобилей у глухих и слышащих не-знающих, а также наблюдали различия только для лиц (но не для автомобилей).

    В совокупности эти исследования показывают, что ранняя глухота, связанная с языком жестов, может привести к тонким изменениям в восприятии лица. Эммори (2001) постулировал особое усовершенствование обработки лиц для аспектов, непосредственно связанных с ограничениями языка жестов. Например, память на незнакомые лица в задаче на запоминание с задержкой в ​​3 минуты (необходимой для разговора) не отличалась между глухими первыми подписчиками и слышащими не-жестами (McCullough & Emmorey, 1997).Наоборот, задача, требующая различения или распознавания небольших изменений в лице, приводит к различиям между глухими говорящими и слышащими, не говорящими (Bettger et al., 1997; McCullough & Emmorey, 1997). В некоторой степени глухие люди, говорящие жестами, также более чувствительны, чем слышащие люди, не говорящие, когда изменения происходят вокруг рта — очень информативной области языка жестов (He et al., 2016; Letourneau & Mitchell, 2011; McCullough & Emmorey, 1997). В целом эти результаты показывают, что подписчики должны уметь замечать небольшие различия в выражении лица, чтобы идентифицировать и интерпретировать правильное значение выражения.Тем не менее, роль глухоты и опыта языка жестов в различных аспектах обработки лица остается неясной.

    Категоризация лиц и распознавание лиц

    Восприятие лица происходит на нескольких различных иерархических уровнях в процессе перехода от грубого к точному (Besson et al., 2017). Обработка лиц на более высоком уровне (например, обработка лиц млекопитающих) включает множество категорий лиц относительно высокого уровня, таких как лица людей и обезьян. Это простой процесс, подразумевающий быстрое время отклика и высокую точность (Besson et al., 2017). Лицо с первых часов жизни представляет собой очень специфический перцептивный сигнал. Новорожденных больше привлекают лица (или похожие на лица стимулы), чем другие визуальные стимулы (Farroni et al., 2005; Johnson, Dziurawiec, Ellis, & Morton, 1991; Mondloch et al., 1999). Эти наблюдения предполагают существование механизма, доступного при рождении, для извлечения и обработки перцептивных инвариантов лица, таких как два глаза, один нос и один рот в определенной пространственной организации. Кроме того, лицо также выигрывает от специфической обработки мозгом в веретенообразной области лица, расположенной в веретенообразной извилине височной доли и обычно латерализованной в правое полушарие (Kanwisher, Mcdermott & Chun, 1997).Категоризация лиц в отличие от других видов зрительной стимуляции является одним из первых этапов обработки лица. Например, люди с прозопагнозией могут различать лица среди других визуальных стимулов, но не могут их распознать (Caldara et al., 2005; Rossion et al., 2003).

    Высшая обработка категоризации лица необходима для обработки лица и менее чувствительна к опыту по сравнению с подчиненными уровнями, по крайней мере, у взрослых. Подчиненные уровни возникают после категоризации лиц и включают более тонкую дифференциацию между типами лиц в рамках вышестоящей категории (например,г., раса, пол и возраст человеческих лиц). Самый второстепенный уровень обработки включает в себя распознавание личности человека по информации о лице. Существует ряд данных, свидетельствующих о важности визуального опыта для распознавания лиц людей, представленных, например, исследованиями пациентов с врожденной катарактой, у которых ранние нарушения зрения препятствуют развитию типичных механизмов обработки лиц (Le Grand et al., 2001). Влияние визуального опыта на способность обрабатывать лица также наблюдается у типичных взрослых с другим эффектом расы, который заключается в том, что мы лучше распознаем лица знакомой расы, чем лица незнакомой (Caldara & Abdi, 2006; Vizioli, Foreman, Rousselet, & Caldara, 2010; Vizioli, Rousselet, & Caldara, 2010).

    Информация о том, как глухота и/или язык жестов могут повлиять на категоризацию (главная функция) или распознавание (второстепенная функция) лиц, в настоящее время отсутствует. Насколько нам известно, ни одно исследование не было сосредоточено на ранних стадиях обработки лица или сравнивало различные уровни обработки лица в одной и той же группе глухих и сурдопереводчиков. Этот последний вопрос важен, потому что изменение на суперпорядковом уровне (т. е. на первом этапе иерархической обработки) может вызвать некоторые изменения на более сложном уровне обработки лица (т.д., подчиненный уровень). Поэтому возможно, что прошлые результаты обработки лица у глухих подписывающих можно объяснить модуляцией на сверхпорядковом уровне, косвенно наблюдаемой в задачах, связанных с обработкой лица подчиненного уровня.

    Цель настоящего исследования состояла в том, чтобы (а) определить, изменяются ли как категоризация лиц, так и распознавание лиц у взрослых с врожденной глухотой в раннем возрасте, и если да, (б) выявить роль глухоты и языка жестов в возникновении этих изменений. С этой целью мы поставили задачу категоризации лиц (человек против человека).не человек) и задача распознавания лиц (сопоставление с образцом при различных условиях просмотра) для глухих, говорящих на французском языке жестов (LSF), слышащих, использующих LSF, и слышащих, не говорящих. Потенциально существует три источника модуляции: эффект только глухоты, эффект только языка жестов, независимо от состояния слуха, или аддитивный эффект глухоты и языка жестов. Если ранняя глубокая глухота является основной причиной различий в восприятии лиц, наблюдаемых в прошлом, глухие взрослые должны отличаться от слышащих взрослых независимо от их опыта жестового языка.Однако, если язык жестов является движущим фактором, то и глухие, и слышащие люди должны демонстрировать признаки обработки, которые отличаются от таковых у слышащих не-жестов. Наконец, также возможно, что сочетание ранней глубокой глухоты и опыта языка жестов необходимо для того, чтобы вызвать различия в обработке лиц, и в этом случае глухие сурдопереводчики должны отличаться как от слышащих сурдопереводчиков, так и от слышащих не-жестящих, а слышащие сурдопереводчики также должны отличаться. от прослушивания неподписавшихся. Как упоминалось ранее, высший уровень обработки лица присутствует почти с рождения, тогда как второстепенный уровень зависит от (визуального) опыта.Следовательно, мы можем предсказать, что категоризация лиц будет менее подвержена влиянию языка знаков статуса слуха, чем распознавание лиц.

    Метод

    Участники

    В эксперименте приняли участие около 19 слышащих людей, не владеющих жестами, 15 слышащих сурдопереводчиков и 19 глубоко глухих сурдопереводчиков. Ни у кого не было в анамнезе неврологических расстройств или сообщений о нескорректированных нарушениях зрения. Все участники сообщили, что не играют в экшн-видеоигры.Они дали письменное согласие и получили деньги за свое участие. Это исследование было одобрено локальным комитетом по этике (CERNI 2013-12-24–32).

    19 слышащих незнающих жестов ( M возраст = 29,6, SD возраст = 8,6, диапазон = 20–45) не имели опыта ни на каком языке жестов и были набраны с помощью электронной платформы для исследования когнитивных функций. науки в Гренобле, Франция.

    Среди 15 слушателей ( M возраст = 40,2; SD возраст = 12.3, диапазон = 22–63) 1 участник был носителем слуха, родившимся от глухих родителей с LSF в качестве первого языка. 14 других слышащих слушателей выучили LSF во взрослом возрасте ( M возраст приобретения = 27,0; SD возраст приобретения = 10,17, диапазон = 16–50) и активно подписывались в течение от 4 до 28 лет (). M = 15,1; SD = 6,5) с частотой от 7 до 50 часов в неделю ( M = 23,7; SD = 12,0). Они оценили свое свободное владение французским языком жестов (LSF) по шкале от 1 (отсутствие знания LSF) до 5 (совершенно свободное владение LSF).Средний показатель беглости LSF составил 4,7 (SD = 0,4; диапазон = 3,5–5), см. Таблицу 1. Эти взрослые учащиеся были либо профессиональными переводчиками французского языка LSF, либо специалистами службы поддержки глухих в системе здравоохранения из Отделения здравоохранения для глухих. госпиталя Гренобля (Франция).

    Таблица 1.

    Опыт LSF в группе подписавших слушание

    ## . Возраст . Возраст первого воздействия LSF (лет) . Частота подписания (часы в неделю) . Самооценка владения LSF .
    1 22 Рождение 2 5
    2 28 19 30 4,5
    3 41 19 20 5
    4 31 26 20 4.5
    5 60 42 15 5
    6 40 37 7 4,5
    7 37 22 35 4.5
    8 53 35 8 3,5
    9 63 50 50 5
    10 56 28 12 5
    11 32 20 20 5
    12 31 16 35 5
    13 39 23 30  4.5
    14 39 20 30 5
    21 20 5
    + + +
    ## . Возраст . Возраст первого воздействия LSF (лет) . Частота подписания (часы в неделю) . Самооценка владения LSF .
    1 22 Рождение 2 5
    2 28 19 30 4,5
    3 41 19 20 5
    4 31 26 20 4,5
    5 60 42 15 5
    6 40 37 4.5
    7 37 22 35 4,5
    8 53 35 8 3,5
    9 63 50 50 5
    10 56 28 12 5
    11 32 20 20 5
    12 31 16 35 5
    13 39 23 30 4.5
    14 39 20 30 5
    15 32 21 20 5
    Таблица 1.

    LSF Опыт работы в Службах Signers Group

    + + +
    ## . Возраст . Возраст первого воздействия LSF (лет) . Частота подписания (часы в неделю) . Самооценка владения LSF .
    1 22 Рождение 2 5
    2 28 19 30 4,5
    3 41 19 20 5
    4 31 26 20 4,5
    5 60 42 15 5
    6 40 37 4.5
    7 37 22 35 4,5
    8 53 35 8 3,5
    9 63 50 50 5
    10 56 28 12 5
    11 32 20 20 5
    12 31 16 35 5
    13 39 23 30 4.5
    14 39 20 30 5
    21 20 5
    + + +
    ## . Возраст . Возраст первого воздействия LSF (лет) . Частота подписания (часы в неделю) . Самооценка владения LSF .
    1 22 Рождение 2 5
    2 28 19 30 4,5
    3 41 19 20 5
    4 31 26 20 4,5
    5 60 42 15 5
    6 40 37 4.5
    7 37 22 35 4,5
    8 53 35 8 3,5
    9 63 50 50 5
    10 56 28 12 5
    11 32 20 20 5
    12 31 16 35 5
    13 39 23 30 4.5
    14 39 20 30 5
    15 32 21 20 5

    19 ( м = 33,5, SD , возраст = 8,05, диапазон = 21–49) характеризовались глубокой потерей слуха (> 90 дБ, на основе самоотчета). Они сообщили, что их начало потери слуха колебалось от рождения до первого года жизни.Средняя зарегистрированная беглость LSF составила 4,0 (SD = 1,0; диапазон = 2–5). Демографические данные группы приведены в Таблице 2. Инструкции давались в письменной форме, устно или в формате LSF с помощью видео, в зависимости от предпочтений каждого участника. Видео LSF были записаны профессиональным переводчиком французского LSF.

    Таблица 2.

    Демографическая информация о группе глухих. * в строке поддержки слуха означает, что участник больше не использует поддержку слуха; КИ = кохлеарный имплант

    + + 91 287 91 287 девяносто одна тысяча двести восемьдесят семь девяносто одна тысяча двести восемьдесят семь
    ## . Возраст . Слуховой аппарат . Возраст первого воздействия LSF (лет) . Самооценка владения LSF . Родной язык .
    1 38 Слуховой аппарат 16 2 Французский
    2 31 Слуховой аппарат 4 4 LSF
    3 24 слуховой аппарат + Сl 15 5 Французский
    4 25 Отсутствует 7 4 LSF
    5 25 слуховой аппарат 5 4,5 4,5 6 43 23 3
    7 37 слуховой аппарат + CI 20 Французский 
    29  Слуховой аппарат *   Рождение 5 LSF
    9 30 Слуховой аппарат 15 5 Французский
    10 30 Слуховой аппарат 21 3 Французский
    11 42 42 25 3
    12 42 слуховой аппараты 12 4,5 LSF
    13 49 Слуховой аппарат 20 5 LSF
    14 42 CI * 5 5 LSF
    15 33 ДИ *  Французский 
    16  21  Слушание ID рождения 4 4 17 27 16
    9 28 6 5 LSF 19 42 5 5 LSF
    + + 91 287 91 287 девяносто одна тысяча двести восемьдесят семь девяносто одна тысяча двести восемьдесят семь
    ## . Возраст . Слуховой аппарат . Возраст первого воздействия LSF (лет) . Самооценка владения LSF . Родной язык .
    1 38 Слуховой аппарат 16 2 Французский
    2 31 Слуховой аппарат 4 4 LSF
    3 24 слуховой аппарат + Сl 15 5 Французский
    4 25 Отсутствует 7 4 LSF
    5 25 слуховой аппарат 5 4,5 4,5 6 43 23 3
    7 37 слуховой аппарат + CI 20 Французский 
    29  Слуховой аппарат *   Рождение 5 LSF
    9 30 Слуховой аппарат 15 5 Французский
    10 30 Слуховой аппарат 21 3 Французский
    11 42 42 25 3
    12 42 слуховой аппараты 12 4,5 LSF
    13 49 Слуховой аппарат 20 5 LSF
    14 42 CI * 5 5 LSF
    15 33 ДИ *  Французский 
    16  21  Слушание ID рождения 4 4 17 27 16
    9 28 6 5 LSF
    19 42 42 Слуховой аппарат 5 5 LSF
    Таблица 2.

    Демографическая информация о группе глухих. * в строке поддержки слуха означает, что участник больше не использует поддержку слуха; КИ = кохлеарный имплант

    + + 91 287 91 287 девяносто одна тысяча двести восемьдесят семь девяносто одна тысяча двести восемьдесят семь
    ## . Возраст . Слуховой аппарат . Возраст первого воздействия LSF (лет) . Самооценка владения LSF . Родной язык .
    1 38 Слуховой аппарат 16 2 Французский
    2 31 Слуховой аппарат 4 4 LSF
    3 24 слуховой аппарат + Сl 15 5 Французский
    4 25 Отсутствует 7 4 LSF
    5 25 слуховой аппарат 5 4,5 4,5 6 43 23 3
    7 37 слуховой аппарат + CI 20 Французский 
    29  Слуховой аппарат *   Рождение 5 LSF
    9 30 Слуховой аппарат 15 5 Французский
    10 30 Слуховой аппарат 21 3 Французский
    11 42 42 25 3
    12 42 слуховой аппараты 12 4,5 LSF
    13 49 Слуховой аппарат 20 5 LSF
    14 42 CI * 5 5 LSF
    15 33 ДИ *  Французский 
    16  21  Слушание ID рождения 4 4 17 27 16
    9 28 6 5 LSF 19 42 5 5 LSF
    + + 91 287 91 287 девяносто одна тысяча двести восемьдесят семь девяносто одна тысяча двести восемьдесят семь
    ## . Возраст . Слуховой аппарат . Возраст первого воздействия LSF (лет) . Самооценка владения LSF . Родной язык .
    1 38 Слуховой аппарат 16 2 Французский
    2 31 Слуховой аппарат 4 4 LSF
    3 24 слуховой аппарат + Сl 15 5 Французский
    4 25 Отсутствует 7 4 LSF
    5 25 слуховой аппарат 5 4,5 4,5 6 43 23 3
    7 37 слуховой аппарат + CI 20 Французский 
    29  Слуховой аппарат *   Рождение 5 LSF
    9 30 Слуховой аппарат 15 5 Французский
    10 30 Слуховой аппарат 21 3 Французский
    11 42 42 25 3
    12 42 слуховой аппараты 12 4,5 LSF
    13 49 Слуховой аппарат 20 5 LSF
    14 42 CI * 5 5 LSF
    15 33 ДИ *  Французский 
    16  21  Слушание ID рождения 4 4 17 27 16
    9 28 6 5 LSF 19 42 22 Слуховой аппарат 5 5 LSF

    Материалы и процедуры

    Категоризация лица

    В задаче категоризации лиц участников просили решить, является ли стимул, отображаемый в центре экрана, человеческим или нечеловеческим лицом.Стимулы представляли собой изображения в градациях серого 562 × 762 пикселя (с углом обзора 5,6° × 7,6°) 40 человек (20 женщин, 20 мужчин) с нейтральным эмоциональным выражением лица, полученные из базы данных лиц KDEF (Lundqvist, Flykt, & Öhman, 1998). ) и 40 млекопитающих (по 10 кошек, тигров, обезьян и овец). Фиксационный крест появлялся на 500 мс и сменялся стимулом, который оставался видимым до ответа испытуемых или по истечении 1500 мс. Участников просили нажимать одну клавишу, если стимулом было человеческое лицо, и другую клавишу для нечеловеческих лиц.Использовались клавиши A и P на французской клавиатуре с распределением этих клавиш по категориям ответов, уравновешенным между участниками. Каждый стимул предъявлялся трижды, всего 240 попыток, вводившихся двумя блоками, разделенными паузой. Перед экспериментальной сессией у участников было 10 пробных практик для ознакомления с заданием (эти стимулы также появлялись в основном экспериментальном задании).

    Распознавание лиц

    Задача распознавания лиц проводилась с использованием классической задачи принудительного выбора с двумя альтернативами кратковременной памяти (2-AFC), подобной той, о которой сообщалось в Busigny and Rossion (2010) и de Heering et al.(2012). Каждая попытка начиналась с центрального фиксационного креста (500 мс), который заменялся полностью фронтальным лицом (т. е. мишенью) на 1500 мс, а после межпробного интервала в 250 мс появлялись два лица профиля 3/4. . Одно из этих лиц было идентично мишени, а второе было дистрактором лица того же пола. Лица появлялись бок о бок в центре экрана с расположением «одного и того же лица» (слева/справа), рандомизированным в испытаниях. Лица оставались на экране до ответа участников или по истечении 3000 мс.Участникам было предложено выбрать лицо с той же идентичностью, что и цель, нажав клавишу, соответствующую расположению на экране стимула (стрелка влево или вправо) на клавиатуре. На фотографиях были лица в оттенках серого без внешних признаков (волосы, уши или аксессуары) 12 женщин и 12 мужчин. Угол обзора лиц составляет 4,6° × 6,2°. В фазе распознавания оба лица предъявлялись на 8,9° левее или правее креста центральной фиксации. Всего было проведено 48 испытаний, каждое лицо было дважды целевым лицом, но пара лиц, представленных на этапе распознавания, никогда не была одинаковой во всех испытаниях (например,g., женское лицо № 1 могло быть связано с женским лицом № 2 только в одном испытании). Перед экспериментальной сессией у участников было 5 пробных практик.

    Участники выполняли задачу категоризации и распознавания лиц в случайном порядке. Для обоих заданий участников просили отвечать как можно быстрее и точнее, и они получали обратную связь о точности во время практического занятия. Исследование длилось около 15 мин. Обе задачи были запрограммированы с помощью программного обеспечения Eprime® 2.0 (Psychology Software Tools, Inc.) и запускались на 19-дюймовом ноутбуке с расстояния просмотра примерно 60 см в тихой и слабоосвещенной комнате.

    Анализ данных

    Для задачи категоризации лица мы провели повторное измерение ANOVA с характером стимула (т. е. человеческий и нечеловеческий стимулы) в качестве внутрисубъектной переменной и группы (т. е. глухих, слышащих, слышащих, не слышащих). в качестве промежуточной переменной как для времени ответа (только правильные ответы), так и для точности.Для задачи распознавания лиц мы провели дисперсионный анализ для независимых выборок (т. е. глухих, слышащих, слышащих, не говорящих) как для времени отклика (только правильные ответы), так и для точности.

    В каждом задании, чтобы понять соответствующую роль опыта языка жестов и глухоты, мы применили контрасты Гельмерта к каждому анализу (т. е. RT и точность) с группами, ранжированными в следующем порядке: слышащий, не говорящий, слышащий, говорящий, глухой подписчик. Первое отличие заключалось в оценке влияния языка жестов (слушание не-жестового по сравнению с глухим).обе группы жестов), а второе отличие заключалось в оценке влияния глухоты в группах жестов (слышащих и глухих). Все зарегистрированные значения p являются двусторонними.

    Результаты

    Классификация лиц

    Из-за технических проблем не были записаны данные одного глухого участника. Еще один участник из группы глухих подписывающих был исключен из анализа, поскольку он/она считался выпадающим со значением студенческого удаленного остатка (SDR), превышающим рассчитанное критическое значение (т.e., 3.26) для переменной RT (Belsley, Kuh, & Welsch, 2005). Таким образом, статистический анализ был проведен с участием 19 слышащих, не говорящих, 15 слышащих и 18 глухих. См. рис. 1.

    Рис. 1.

    Средние RT и точность в задаче категоризации лиц для слышащих не-жестящих, слышащих сурдопереводчиков и глухих сурдопереводчиков. Время отклика указывается в столбцах, а точность — в строках. Столбики погрешностей представляют собой стандартную ошибку среднего значения.

    Рис. 1.

    Среднее время отклика и точность в задаче категоризации лиц для слышащих не-жестящих, слышащих сурдопереводчиков и глухих сурдопереводчиков. Время отклика указывается в столбцах, а точность — в строках. Столбики погрешностей представляют собой стандартную ошибку среднего значения.

    Возраст участников

    Существовала значительная возрастная разница между группами, F (2,49) = 5,18, p = 0,01, η 2 p = 0,17, в связи с тем, что наши слышащие старше по сравнению со слышащими, не говорящими, F (1,49) = 10.30, р = 0,002, а глухим подписчикам F (1,49) = 3,95, р = 0,052. Мы проверили влияние возраста на RT и точность. Оба регрессионных анализа были недостоверны ( p > 0,05), что свидетельствует о том, что возраст участников не оказывал существенного влияния на время ответа или точность.

    Частота использования LSF и возраст приобретения

    Из-за значительных различий в частоте использования LSF в группе слышащих и в возрасте приобретения LSF в группах как слышащих, так и глухих, мы проверили их соответствующее влияние на RT и точность.Регрессионный анализ был недостоверным ( p > 0,05), что свидетельствует о том, что частота использования LSF и возраст приобретения не влияли на время ответа или на точность.

    Время отклика

    ANOVA не выявил значимого влияния группы, F (2,49) = 0,42, p = 0,66. При этом контрасты Гельмерта не выявили существенного влияния опыта жестового языка, t (49) = 0,58, p = 0.56, или статус слуха, t (49) = -0,61, p = 0,54. Другими словами, три группы имели одинаковое время отклика при правильной классификации человеческих и нечеловеческих лиц. Кроме того, анализ не выявил значимых различий ВУ для человеческих и нечеловеческих стимулов, F (1,49) = 0,001, p = 0,98, а также значимого взаимодействия между группой и типом стимула, F (2,49) = 1,81, р = 0,17.

    Точность

    ANOVA не выявил значимого влияния группы, F (2,49) = 0.5, р = 0,59. Кроме того, контрасты Гельмерта не выявили значительного влияния опыта жестового языка, t (49) = -0,57, p = 0,56, или состояния слуха, t (49) = -0,82, p = 0,41. . Другими словами, три группы существенно не различались по точности классификации человеческих и нечеловеческих лиц. Более того, анализ не выявил существенной разницы между точностью для человеческих и нечеловеческих стимулов, F (1,49) = 0.2, p = 0,68, ни значимого взаимодействия между группой и типом стимула, F (2,49) = 0,1, p = 0,89.

    Распознавание лиц

    Из-за технических проблем не были записаны данные одного глухого участника. Еще один участник из группы слышащих, не подписывающих, был исключен из анализа, поскольку он считался выпадающим с SDR, превышающим расчетное критическое значение (т. е. 3,26) для переменной RT (Belsley et al., 2005). Статистический анализ был проведен с участием 18 слышащих, не говорящих, 15 слышащих и 18 глухих. См. рисунок 2А.

    Рис. 2.

    (A) Средняя производительность в задаче распознавания лиц для слышащих неподписывающих, слышащих подающих и глухих подающих. Время отклика указывается в столбцах, а точность — в строках. (B) Средняя обратная оценка эффективности (IES) в задаче распознавания лиц для слышащих неподписывающих, слышащих подающих и глухих подающих. Столбики погрешностей представляют собой стандартную ошибку среднего значения на обоих графиках.

    Рис. 2.

    (A) Средняя производительность в задаче распознавания лиц для слышащих неподписывающих, слышащих подписывающих и глухих подающих. Время отклика указывается в столбцах, а точность — в строках. (B) Средняя обратная оценка эффективности (IES) в задаче распознавания лиц для слышащих неподписывающих, слышащих подающих и глухих подающих. Столбики погрешностей представляют собой стандартную ошибку среднего значения на обоих графиках.

    Возраст участников

    Что касается задачи категоризации лиц, мы проверили влияние возраста участников на RT и точность.Здесь снова обе регрессии были незначимыми (90 299 p 90 300 > 0,05), что свидетельствует о том, что возраст участников не влиял на время ответа или точность.

    Частота использования LSF и возраст приобретения

    Что касается задачи категоризации лиц, мы проверили влияние частоты использования LSF и возраста приобретения на RT и точность. Здесь снова обе регрессии были недостоверными ( p > 0,05), что свидетельствует о том, что частота использования LSF и возраст приобретения не влияли на время ответа или на точность.

    Время отклика

    В то время как дисперсионный анализ не выявил значимого влияния группы, F (2,48) = 2,98, p = 0,06, η 2 p = 0,11, выявлены значимые контрасты Helmert, запланированные влияние опыта жестового языка, t (48) = -2,43, p = 0,019; η 2 p = 0,11, но без существенного влияния на состояние слуха, t (48) = 0.41; р = 0,69. Подписывающие (глухие или слышащие) значительно медленнее точно узнавали лицо, чем слышащие неподписывающие.

    Точность

    ANOVA выявил значительный эффект группы, F (2,48) = 4,84, p = 0,012, η 2 p = 0,17. Контрасты Гельмерта показали значительное влияние опыта языка жестов, t (48) = -3,09, p = 0,003; η 2 р = 0.17, но без значительного влияния на состояние слуха, t (48) = -0,23; р = 0,82. Подписывающие (глухие или слышащие) значительно точнее узнавали лица, чем слышащие неподписывающие.

    Анализ задачи распознавания лиц показал наличие компромисса между скоростью и точностью подписей. Они были медленнее, но более точны, чем слушание тех, кто не подписывался на эту задачу. Поэтому мы провели дальнейший статистический анализ этих данных, чтобы лучше понять эти различия и четко определить, существует ли компромисс между скоростью и точностью — другая когнитивная стратегия — у подписывающих лиц для распознавания лиц.Сначала мы провели анализ обратного показателя эффективности (IES), а затем смоделировали наши данные с помощью байесовской модели иерархического дрейфа-диффузии (HDD).

    Анализ ИЭУ

    Inverse Efficiency Score объединяет ВУ и точность в одном показателе. Это взвешивание RT как функции точности (RT/ACC) (Bruyer & Brysbaert, 2011). Меньший IES указывает на более быстрые ответы без ущерба для точности. ANOVA для независимых выборок (т.е. групп) на IES не выявил значительного группового эффекта, F (2,48) = 0.34; р = 0,71. Более того, контрасты Гельмерта не выявили значительного влияния опыта жестового языка, t (48) = 0,58, p = 0,56, или глухоты, t (48) = -0,62, p = 0,54. См. рисунок 2В.

    Байесовский жесткий диск, модель

    Модель HDD описывает поведение участников при принятии решений в задачах с двумя вариантами ответов и извлекает различные параметры для подведения итогов процесса принятия решений. Модель постулирует, что в таких дихотических задачах принятия решений люди накапливают информацию с течением времени до тех пор, пока не будет накоплено достаточное количество доказательств того, что одна реакция превосходит другую, что приводит к двигательной реакции.Первый параметр называется порогом ( a ) и соответствует количеству информации, необходимой для принятия решения. Чем выше порог, тем больше доказательств требуется для ответа. Таким образом, разница в пороговых значениях указывает на различную стратегию в процессах принятия решений отдельными лицами. Высокий порог приводит к более осторожному ответу, который занимает больше времени, а низкий порог приводит к более быстрым, но потенциально подверженным ошибкам ответам. Второй параметр — это скорость дрейфа (90 299 против 90 300) и представляет собой скорость накопления улик.На него напрямую влияет качество информации, извлеченной из стимула. Скорость дрейфа и порог влияют на процесс времени принятия решения, то есть на компонент времени реакции без процессов времени непринятия решения, таких как кодирование стимула и выполнение двигательной реакции. Мы оценили параметры порога и скорости дрейфа для каждой группы наблюдателей, используя иерархическую байесовскую оценку модели дрейфа-диффузии (пакет HDDM python; Wiecki, Sofer, & Frank, 2013). 1 Статистический анализ показал более высокую скорость дрейфа у сурдопереводчиков (глухие сурдопереводчики против = 1.21, [1.03, 1.40]; слышащие подписчики v = 1,25, [1,04, 1,45]; числа в квадратных скобках обозначают 95%-й доверительный интервал) по сравнению со слышащими, не говорящими ( v = 0,97, [0,80, 1,15]; p = 0,029 и p = 0,017 соответственно), в то время как глухие подписчики и слышащие подписчики не отличались друг от друга ( p = 0,630). Аналогичная картина наблюдалась и для порога. Глухие сурдопереводчики ( a = 1,69, [1,55, 1,84]) и слышащие сурдопереводчики ( a = 1.72, [1,57, 1,87]) имели более высокие пороги, чем слышащие незнающие сравнение глухих и слышащих).

    Модель HDD предполагает, таким образом, что подписывающие быстрее извлекают и накапливают информацию из стимула, чем неподписывающие (т. е. более высокая скорость дрейфа), но они также более консервативны и предусмотрительны (т. е. более высокий порог) в своих ответах. чем не подписавшие, см. рис. 3.

    Рисунок 3.

    Апостериорные значения параметров порога (верхний график) и скорости дрейфа (нижний график) для иерархической байесовской оценки модели дрейфа-диффузии в задаче распознавания лиц для слышащих не-жестящих, слышащих и глухих подписывающих

    Рис. 3.

    Апостериорные значения параметров порога (верхний график) и скорости дрейфа (нижний график) для иерархической байесовской оценки модели дрейфа-диффузии в задаче распознавания лиц для слышащих неподписывающих, слышащих подписывающих и глухих подписанты

    Обсуждение

    Цель исследования состояла в том, чтобы распутать влияние ранней глухоты и опыта языка жестов на вышестоящий и подчиненный уровни обработки лица.Уровень вышестоящего был протестирован с помощью задачи категоризации лица с использованием начальных этапов обработки лица; Утверждается, что эта способность менее чувствительна к возрасту и опыту, чем другие этапы, такие как распознавание лиц. Для сравнения, подчиненные уровни обработки лиц, протестированные здесь с помощью задачи распознавания лиц, как известно, чувствительны к визуальному опыту и могут зависеть либо от ранней глухоты, либо от воздействия языка жестов.

    Как и предполагалось, мы не наблюдали каких-либо существенных различий между подписавшими и не подписавшими или между глухими и слышащими участниками в задаче категоризации лиц, при этом все три группы быстрее классифицировали человеческие лица по сравнению с нечеловеческими лицами — a процесс, не привязанный к ограничениям языка жестов.Кроме того, точность ответов была высокой (слышащие, не говорящие, 96,8%, слышащие, говорящие, 96,8%, глухие, говорящие, 97,2%), связанные с быстрым ВУ, которое могло отражать потолок. Классифицировать человеческие лица по сравнению с нечеловеческими лицами — простой процесс, но задача была разработана для проверки и исключения существования важных различий на ранней стадии обработки лиц между нашими экспериментальными группами. Это также был способ оценить, что более общий аспект зрительного восприятия не модулируется ни ранней глухотой, ни языком жестов, ни комбинацией глухоты и языка жестов.

    Наоборот, мы заметили, что сурдопереводчики (и слышащие, и глухие) медленнее, но точнее распознавали лица по сравнению с (слышащими) людьми, не владеющими жестами. Эти различия не могут быть объяснены разницей в возрасте между группами, поскольку регрессия между возрастом участников и временем реакции и точностью не была значимой. Они не могут быть объяснены изменениями в более общих аспектах познания у жестов, таких как зрительное восприятие, рабочая память или зрительное внимание, поскольку в предыдущих исследованиях не наблюдалось более длительного времени отклика у (глухих) жестов на время обнаружения (Loke & Song, 1991). визуальный поиск (Rettenbach, Diller, & Sireteanu, 1999; Stivalet, Moreno, Richard, Barraud, & Raphel, 1998) или ориентация внимания (Heimler et al., 2015; Parasnis & Samar, 1985) в центральном поле зрения.

    Этот компромисс между скоростью и точностью был дополнительно проанализирован путем сначала вычисления IES (Bruyer & Brysbaert, 2011), а затем путем моделирования данных с использованием HDDM (Wiecki et al., 2013). Обратная оценка эффективности не предоставила доказательств разницы в эффективности между говорящими (как слышащими, так и глухими) и слышащими не говорящими. Но согласно оценочным параметрам модели дрейфа-диффузии подписчики накапливали информацию от стимулов с большей скоростью, но также устанавливали более высокий — более консервативный — порог для ответа.

    Наши результаты подтверждают прошлые исследования влияния языка жестов на обработку лиц, но вместо того, чтобы наблюдать улучшение, мы обнаружили компромисс между скоростью и точностью, который предлагает другую стратегию распознавания лиц у подписывающих лиц. Это несоответствие можно объяснить тем, что в предыдущих исследованиях не анализировались как точность, так и RT в одном и том же эксперименте, или характером задачи, используемой для оценки обработки лиц участников. Исследование Арнольда и Мюррея (1998) было сосредоточено на скорости выполнения задания на сопоставление лиц, а Беттгер и др.(1997) анализировали только точность. Кроме того, мы тестировали способности распознавания лиц в двухальтернативной парадигме принудительного выбора, в то время как Арнольд и Мюррей (1998) тестировали подчиненный уровень с отложенным заданием на сопоставление лиц, а Беттгер и др. (1997) с одновременной задачей сопоставления лиц.

    Наши данные показывают, что язык жестов может формировать подчиненные уровни обработки лица, такие как распознавание лиц, независимо от состояния слуха. Задача распознавания лиц, используемая в этом исследовании, может быть в некоторой степени связана с некоторыми ограничениями языка жестов, поскольку при жестовом общении участникам нужно было обращать внимание на мелкие детали на лице, чтобы принять решение и правильно отреагировать.

    Стоит отметить, что тест Манна-Уитни U , сравнивающий слышащих и глухих сурдопереводчиков, показал, что группа слышащих сурдопереводчиков (медиана = 5) оценила свой уровень LSF выше, чем группа глухих сурдопереводов (медиана = 4,5) ( U = 87,00, p = 0,042, скорректированные значения для небольших выборок). Это различие можно интерпретировать двояко. Во-первых, это может быть проявлением эффекта Даннинга-Крюгера у слышащих жестов: когнитивное искажение, при котором люди с низкими способностями (здесь, в LSF) склонны переоценивать свои способности по сравнению с настоящими экспертами.Во-вторых, этот более высокий, по самооценке, уровень навыков LSF у слышащих сурдопереводчиков также может отражать реальную разницу в способностях. На самом деле, в то время как все слышащие сурдопереводчики прошли полное обучение LSF, некоторые из глухих сурдопереводчиков чувствовали себя более комфортно с французским языком, чем с LSF. Более того, разница, вызванная опытом языка жестов, по-видимому, не ограничивается воздействием на раннем этапе развития, поскольку большинство участников, слышащих жесты, были поздними подписчиками со средним возрастом воздействия LSF 15 лет. Беглость в LSF, по-видимому, является ключевым критерием для наблюдения за различиями в стратегии распознавания лиц, поскольку ни возраст приобретения LSF (у слышащих и глухих сурдопереводчиков), ни частота использования LSF (у слышащих сурдопереводчиков) не были связаны со временем отклика или точностью.

    Однако важно учитывать возможные различия в тенденциях развития, которые привели к таким результатам. Если мы не наблюдали значимой корреляции у взрослых жестов между усвоением жестового языка и действиями, это не означает, что ранний опыт жестового языка не влияет на обработку лица или другие аспекты визуального познания. В своем исследовании распознавания лиц у глухих взрослых (исследование 2) Bettger et al. (1997) не наблюдали различий между глухими глухими родителями (носители жестов) и глухими слышащими родителями.Обе группы превзошли слышащих, не говорящих жестами, в различении и распознавании небольших изменений в лице. В развивающей версии своего исследования (с детьми в возрасте от 6 до 9 лет, исследование 4) они заметили, что глухие дети сурдопереводчиков показали лучшие результаты, чем глухие дети слышащих родителей и слышащие дети слышащих родителей. Этот результат предполагает, что даже если у взрослых не наблюдается никакой разницы, возраст овладения языком жестов и раннее знакомство с ним могут влиять именно на когнитивные функции детей.Затем необходимо распространить нашу работу на детей.

    Основные когнитивные процессы, связанные с компромиссом, о котором мы сообщаем, могут быть разнообразными и сложными, но есть по крайней мере три гипотезы, которые можно сформулировать для объяснения этих результатов. Во-первых, язык жестов может привести к изменениям в зрительном восприятии, поскольку он включает в себя двигательную активность. Несколько исследований показали, что двигательная активность может влиять на зрительное восприятие/познание (Dupierrix, Gresty, Ohlmann, & Chokron, 2009; Herlihey, Black, & Ferber, 2013).Однако маловероятно, что на обработку лица может влиять двигательная активность. Воздействие действия на визуальное восприятие, скорее всего, связано с пространственным визуальным познанием (Dupierrix et al., 2009) или ранними перцептивными процессами (Herlihey et al., 2013), а не со сложной и сложной обработкой, необходимой для распознавания лиц.

    Вторая гипотеза связана с недавним исследованием людей с типичным слухом, предполагающим, что билингвы могут отличаться от монолингвов тем, как они обрабатывают и распознают лицевые стимулы (Kandel et al., 2016). Исследование показало, что говорящие билингвы ведут себя так же, как глухие и слышащие участники текущего исследования, в том смысле, что их время отклика было медленнее, чем у моноязычных, и их точность была выше. Авторы интерпретировали свои результаты в рамках развития, предполагая, что раннее знакомство с более чем одним языком приводит к организации восприятия — и, следовательно, сужению — которое выходит за рамки языковой обработки и может распространяться на анализ лица. Подписывающие в нашем исследовании — двуязычные, что могло повлиять на их способность обрабатывать лица с помощью того же или подобного механизма.Однако в нашем исследовании слышащие жесты не были ранними билингвами (за исключением одного) и, вероятно, выучили язык жестов после того момента, когда обычно происходит сужение (Maurer & Werker, 2014). В качестве альтернативы, обширного опыта работы с языком жестов может быть достаточно, чтобы вызвать сдвиг в когнитивной стратегии распознавания лиц. Было бы интересно узнать, когда в процессе обучения возникает этот эффект опыта, то есть установить, сколько опыта и беглости жестов необходимо для достижения компромисса между скоростью и точностью.Здесь невозможно оценить этот минимальный требуемый опыт, потому что все подписанты были отобраны, потому что они свободно владели LSF, а также потому, что используемая шкала беглости LSF была основана на самооценке и не давала информации о реальном уровне знаний в LSF.

    Наконец, можно постулировать третью гипотезу. Лица обеспечивают лингвистические, синтаксические и эмоциональные маркеры в общении на языке жестов (Brentari & Crossley, 2002; Liddell, 2003; Reilly et al., 1992), а это означает, что выражение лица может модулировать или изменять значение предложения.Это заставляет подписывающих лиц обрабатывать более богатую визуальную информацию от лиц, что, с одной стороны, увеличивает время обработки, а с другой стороны, улучшает кодирование. Это не относится к категоризации лиц, которая просто требует поверхностной обработки входных данных (общая форма, текстура и т. д.), чтобы можно было различать человеческие и нечеловеческие лица.

    В заключение, это исследование было проведено, чтобы понять обработку лица у подписывающих лиц с разных сторон. На первый и поверхностный уровень обработки лица — различение человеческих и нечеловеческих лиц — похоже, не влияет ни ранняя глухота, ни использование языка жестов, что подтверждает предположение о том, что этот процесс устойчив к опыту.С другой стороны, более второстепенный и сложный уровень обработки лица — распознавание лиц — различается у опытных пользователей языка жестов, независимо от того, глухие они или слышащие. Мы изучаем важные и новые идеи о пластичности обработки лица и способностях обработки лица у людей, которые используют визуально-жестовый язык, такой как LSF. Теперь необходимы дальнейшие исследования, чтобы лучше охарактеризовать разницу в стратегии принятия решений, используемой подписчиками для обработки лиц. Например, исследования по отслеживанию zye позволили бы определить, связано ли смещение, наблюдаемое в нашем исследовании, с дифференциальными паттернами взгляда, возникающими во время извлечения диагностической информации во время распознавания лиц.Электрофизиологические (ЭЭГ) исследования также могут предоставить интересную информацию о нейронной динамике распознавания лиц между подписывающими и неподписывающими лицами. Хотя прошлые исследования ЭЭГ глухих сурдопереводчиков и обработки лиц не обнаружили резких различий в отношении компонента N170, чувствительного к лицу (Mitchell, Letourneau, & Maslin, 2013; Mitchell, 2017), с учетом наших наблюдений, возможно, уместно сосредоточиться на контроле внимания. компоненты, связанные с обработкой лица. На самом деле подписывающие лица могут не обязательно обрабатывать лица по-разному, но они могут, тем не менее, уделять больше внимания небольшим различиям в выражении лица или конфигурации лица, чтобы точно понимать значение предложений и правильно реагировать, что, в свою очередь, может повлиять на обработку лица.В целом, наши данные дают новое представление о различных способах обработки лиц и прокладывают путь для будущих исследований, направленных на определение корней наших наблюдений.

    Конфликт интересов

    Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могли бы быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

    Благодарности

    Р.К. и Дж.Л.были поддержаны Швейцарским национальным научным фондом (№ 100014_156490/1), присужденным Р.К.

    Ссылки

    Арнольд

    ,

    П.

    и

    Мюррей

    ,

    К.

    (

    1998

    ).

    Запоминание лиц и объектов глухими и слышащими говорящими и слышащими незнающими

    .

    Журнал психолингвистических исследований

    ,

    27

    ,

    481

    497

    . .

    Бавелье

    ,

    Д.

    ,

    Краситель

    ,

    М.

    и

    Хаузер

    ,

    ПК

    (

    2006

    ).

    Лучше ли глухие видят?

    Тенденции в области когнитивных наук

    ,

    10

    ,

    512

    518

    . .

    Belsley

    ,

    D.A.

    ,

    Kuh

    ,

    E.

    , &

    Welsch

    ,

    R.E.

    (

    2005 9).

    Выявление влиятельных данных и источников коллинеарности

    .Хобокен, Нью-Джерси:

    John Wiley

    . .

    Besson

    ,

    G.

    ,

    Carragan-Jason

    ,

    G.

    ,

    Thorpe

    ,

    SJ

    ,

    Fabre-Thorpe

    ,

    M.

    ,

    PUMA

    ,

    S.

    ,

    Чеккальди

    ,

    М.

    и

    Барбо

    ,

    EJ

    (

    2017

    ).

    От обработки лиц к распознаванию лиц: сравнение трех различных уровней обработки

    .

    Познание

    ,

    158

    ,

    33

    43

    ..

    BETTGER

    ,

    J.

    ,

    EMMEOY

    ,

    embey

    ,

    K.

    ,

    MCCullough

    ,

    S.

    ,

    Bellugi

    ,

    U.

    (

    1997

    ).

    Усовершенствованное различение лиц: влияние опыта владения американским языком жестов

    .

    Журнал исследований и обучения глухих

    ,

    2

    ,

    223

    233

    .

    Brentari

    ,

    D.

    и

    Crossley

    ,

    L.

    (

    2002

    ).

    Просодия на руках и лице: свидетельство американского языка жестов

    .

    Язык жестов и лингвистика

    ,

    5

    ,

    105

    130

    . .

    Bruyer

    ,

    R.

    , и

    Brysbaert

    ,

    M.

    (

    2011

    ).

    Сочетание скорости и точности в познании

    .

    Psychologica Belgica

    ,

    51

    ,

    5

    13

    . .

    Бузиньи

    ,

    Т.

    ,

    Россион

    ,

    Б.

    (

    2010

    ).

    Приобретенная прозопагнозия устраняет эффект инверсии лица

    .

    Кортекс; Журнал, посвященный изучению нервной системы и поведения

    ,

    46

    ,

    965

    981

    . .

    Калдара

    ,

    Р.

    и

    Абди

    ,

    Х.

    (

    2006

    ).

    Моделирование эффекта «другой расы» с помощью автоассоциативных нейронных сетей: еще одно доказательство в пользу модели «лицо-пространство»

    .

    Восприятие

    ,

    35

    ,

    659

    670

    . .

    Caldara

    ,

    R.

    ,

    Schyns

    ,

    P.

    ,

    Mayer

    ,

    E.

    ,

    SMITH

    ,

    мл

    ,

    Gosselin

    ,

    F.

    , и

    Rossion

    ,

    Б.

    (

    2005

    ).

    Отвлекает ли прозопагнозия глаза от изображения лица? Доказательства дефекта представления диагностической информации о лице после повреждения головного мозга

    .

    Журнал когнитивной неврологии

    ,

    17

    ,

    1652

    1666

    . .

    degering

    ,

    A.

    ,

    ALJUHANAY

    ,

    ALJUHANAY

    ,

    A.

    ,

    Rossion

    ,

    B.

    ,

    PASCALIS

    ,

    O.

    (

    2012

    ).

    Ранняя глухота усиливает эффект инверсии лица, но не модулирует составной эффект лица

    .

    Границы психологии

    ,

    3

    ,

    124

    ..

    Dupierrix

    ,

    E.

    ,

    GRESTY

    ,

    М.

    ,

    ОВЛМАНН

    ,

    Т.

    ,

    Chokron

    ,

    S.

    (

    2009

    ).

    Длительная эгоцентрическая дезориентация, вызванная нормальным сенсомоторным пространственным взаимодействием

    .

    PLoS One

    ,

    4

    ,

    e4465

    . .

    Эммори

    ,

    К.

    (

    2001

    ). Влияние использования языка жестов на зрительно-пространственное познание.

    Язык, познание и мозг: результаты исследований жестового языка

    (стр.

    243

    270

    ). Психология Пресс изд.

    Mahwah, NJ

    : Lawrence Erlbaum Associates, Inc.

    Farroni

    ,

    T.

    ,

    Johnson

    ,

    MH

    ,

    MENON

    ,

    E.

    ,

    Zulian

    ,

    L.

    ,

    Faraguna

    ,

    Д.

    , и

    Сибра

    ,

    Г.

    (

    2005

    ).

    Предпочтение новорожденными лицевых стимулов: влияние контрастной полярности

    .

    Труды Национальной академии наук Соединенных Штатов Америки

    ,

    102

    ,

    17245

    17250

    .

    Haist

    ,

    F.

    ,

    ADAMO

    ,

    м.

    ,

    HAN

    ,

    J.

    ,

    Lee

    ,

    K.

    ,

    Stiles

    ,

    J.

    (

    2013

    ).

    Нейропсихология: функциональная архитектура для экспертизы обработки лица: данные FMRI о траектории развития основных и расширенных систем лица

    .

    Нейропсихология

    ,

    51

    ,

    2893

    2908

    . .

    He

    ,

    H.

    ,

    Xu

    ,

    B.

    , &

    Tanaka

    ,

    J.

    (

    2016

    ).

    Исследование эффекта инверсии лица у глухих с использованием задач

    .

    Зрение

    ,

    6285

    ,

    1

    11

    . .

    Хаймлер

    ,

    Б.

    ,

    Ван Зоест

    ,

    В.

    ,

    BARUFFALDI

    ,

    F.

    ,

    Rinaldi

    ,

    P.

    ,

    Cristina

    ,

    м.

    ,

    Pavani

    ,

    F.

    (

    2015

    ).

    Ориентация внимания на социальные и несоциальные сигналы у ранних глухих взрослых

    .

    Журнал экспериментальной психологии: человеческое восприятие и деятельность

    . .

    Herlihey

    ,

    T. A.

    ,

    Black

    ,

    S. E.

    и

    Ferber

    ,

    S.

    (

    2013

    ).

    Когниция, модулированная действием: влияние сенсомоторного опыта на глобальную предвзятость обработки

    .

    Нейропсихология

    ,

    51

    ,

    1973

    1979

    . .

    Johnson

    ,

    M. H.

    ,

    м. H.

    ,

    dziurawiec

    ,

    S.

    ,

    ELLIS

    ,

    H.

    ,

    MOOTON

    ,

    J.

    (

    1991

    ).

    Предпочтительное отслеживание новорожденными стимулов, похожих на лица, и его последующее снижение

    .

    Познание

    ,

    40

    ,

    1

    19

    .

    Kandel

    ,

    S.

    ,

    BURFIN

    ,

    S.

    ,

    MEAY

    ,

    D.

    ,

    RUIZ-TADA

    ,

    E.

    ,

    COSTA

    ,

    A.

    ,

    Паскалис

    ,

    О.

    (

    2016

    ).

    Влияние раннего двуязычия на процессы распознавания лиц

    .

    Границы психологии

    ,

    7

    ,

    1

    9

    ..

    Канвишер

    ,

    Н.

    ,

    Макдермотт

    ,

    Дж.

    , и

    Чун

    ,

    М. М.

    (

    10057 9).

    Веретенообразная область лица: модуль экстрастриарной коры человека, специализирующийся на восприятии лица

    .

    Журнал неврологии

    ,

    17

    ,

    4302

    4311

    .

    Крушке

    ,

    Дж. К.

    (

    2014

    ). Введение.

    Выполнение байесовского анализа данных: руководство с R, JAGS и Stan

    .Кембридж, Массачусетс: Академическая пресса. .

    Le Grand

    ,

    R

    ,

    Mondloch

    ,

    C. J.

    ,

    Maurer

    ,

    D.

    ,

    Brent

    ,

    H. С.

    (

    2001

    ).

    Ранний визуальный опыт и обработка лица

    .

    Природа

    ,

    410

    ,

    890

    . .

    Letourneau

    ,

    S.M.

    и

    Mitchell

    ,

    T.

    (

    2011

    ).

    Модели взгляда во время суждений об идентичности и эмоциях у слышащих взрослых и глухих пользователей американского языка жестов

    .

    Восприятие

    ,

    40

    ,

    563

    575

    . .

    Лидделл

    ,

    С. К.

    (

    2003

    ).

    Грамматика, жесты и значения в американском языке жестов

    .

    Нью-Йорк

    :

    Кембридж

    .

    Loke

    ,

    HW

    и

    Song

    ,

    S.

    (

    1991

    ).

    Центральная и периферическая визуальная обработка у слышащих и неслышащих людей

    .

    Бюллетень Психономического общества

    ,

    29

    ,

    437

    440

    ..

    Lundqvist

    ,

    D.

    ,

    Flykt

    ,

    A.

    , &

    Öhman

    ,

    A.

    (

    0005 1998).

    Эмоциональные лица Каролинской режиссуры — KDEF, CD-ROM

    .

    Стокгольм, Швеция: кафедра клинической неврологии, секция психологии, Каролинский институт

    . ISBN 91-630-7164-9.

    Maurer

    ,

    D.

    , &

    Werker

    ,

    J. F.

    (

    2014

    ).

    Сужение восприятия в младенчестве: сравнение языка и лиц

    .

    Психобиология развития

    ,

    56

    ,

    154

    178

    . .

    Маккалоу

    ,

    С.

    и

    Эммори

    ,

    К.

    (

    1997

    ).

    Обработка лиц глухими подписчиками ASL: свидетельство опыта в изучении выдающихся местных особенностей

    .

    Журнал исследований и обучения глухих

    ,

    2

    ,

    212

    222

    . .

    Митчелл

    ,

    ТВ

    (

    2017

    ).

    Избирательность категории N170 и роль экспертизы в глухих подписчиках

    .

    Исследование слуха

    ,

    343

    ,

    150

    161

    . .

    Mitchell

    ,

    T. V.

    ,

    Letourneau

    ,

    S. M.

    , &

    Maslin

    ,

    M. C. T.

    (

    0 01309 0).

    Поведенческие и нервные признаки повышенного внимания к нижней половине лица у глухих сурдопереводчиков

    .

    Восстановительная неврология и неврология

    ,

    31

    ,

    125

    139

    ..

    Mondloch

    ,

    CJ

    ,

    Lewis

    ,

    TL

    ,

    BEDREAU

    ,

    DR

    ,

    Maurer

    ,

    D.

    ,

    Даннамилль

    ,

    JL

    ,

    STEDHENS

    ,

    BR

    , &

    Kleiner-gathercoal

    ,

    KA

    (

    1999

    ).

    Восприятие лица в раннем младенчестве

    .

    Развитие науки

    ,

    10

    ,

    419

    422

    .

    Павани

    ,

    Ф.

    и

    Боттари

    ,

    Д.

    (

    2012

    ). Критический обзор зрительных способностей у лиц с глубокой глухотой. In

    Murray

    M.

    , &

    Wallas

    M.

    (Eds.),

    Нейронные основы мультисенсорных процессов

    (стр.

    421

    445

    ).

    Бока-Ратон, Флорида

    :

    CRC Press

    .

    Рэтклифф

    ,

    Р.

    , и

    Чайлдерс

    ,

    Р.

    (

    2015

    ).

    Диффузионная модель принятия решений

    .

    Решение

    ,

    2

    ,

    237

    279

    .

    Reilly

    ,

    J.

    и

    Bellugi

    ,

    U.

    (

    1996

    ).

    Соревнование на лице: Аффект и язык на родном языке ASL

    .

    Журнал детского языка

    ,

    23

    ,

    219

    239

    . .

    Рейли

    ,

    Дж.

    ,

    Mcintire

    ,

    M. L.

    и

    Seago

    ,

    H.

    (

    1992

    ).

    Аффективная просодия на американском языке жестов

    .

    Изучение жестового языка

    ,

    75

    ,

    113

    128

    .

    Реттенбах

    ,

    Р.

    ,

    Диллер

    ,

    Г.

    , и

    Сиретяну

    ,

    Р.

    (

    1999 90).

    Глухие лучше видят? Сегментация текстуры и визуальный поиск компенсируются у взрослых, но не у подростков

    .

    Журнал когнитивной неврологии

    ,

    11

    ,

    560

    583

    .

    Rossion

    ,

    B.

    ,

    Caldara

    ,

    R.

    ,

    ,

    R.

    ,

    Seghier

    ,

    М.

    ,

    Schuller

    ,

    AM

    ,

    LaZEYRAS

    ,

    F.

    ,

    Mayer

    ,

    Э.

    (

    2003

    ).

    Сеть затылочно-височных чувствительных областей лица помимо правой средней веретенообразной извилины необходима для нормальной обработки лица

    .

    Мозг

    ,

    126

    ,

    2381

    2395

    . .

    Stivalet

    ,

    P.

    ,

    Moreno

    ,

    Y.

    ,

    Richard

    ,

    J.

    ,

    Barraud

    ,

    P.-A

    , &

    Рафель

    ,

    С.

    (

    1998

    ).

    Различия в зрительных поисковых задачах между врожденно глухими и нормально слышащими взрослыми

    .

    Когнитивные исследования мозга

    ,

    6

    ,

    227

    232

    .http://www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/

    74.

    Vizioli

    ,

    L.

    ,

    Foreman

    ,

    K.

    ,

    ROSSELET

    ,

    G. A.

    ,

    Caldara

    ,

    R

    (

    2010

    ).

    Переворачивание лиц вызывает чувствительность к расе в компоненте N170: межкультурное исследование

    .

    Журнал Видения

    ,

    10

    ,

    15.1

    23

    . .

    Vizioli

    ,

    L.

    ,

    Rousselet

    ,

    G.А.

    и

    Калдара

    ,

    Р.

    (

    2010

    ).

    Подавление нейронных повторений личности отменяется лицами другой расы

    .

    Труды Национальной академии наук Соединенных Штатов Америки

    ,

    107

    ,

    20081

    20086

    . .

    Ватанабэ

    ,

    К.

    ,

    Мацуда

    ,

    Т.

    ,

    Нисиока

    ,

    Т.

    , и

    Наматаме

    4,

    ,

    М.

    (

    2011

    ).

    Взгляд при наблюдении за неподвижными лицами глухих

    .

    PLoS One

    ,

    6

    ,

    e16919

    . .

    Wiecki

    ,

    T. V.

    ,

    Sofer

    ,

    I.

    , &

    Frank

    ,

    M. J.

    (

    2015

    ).

    HDDM: иерархическая байесовская оценка модели дрейфа-диффузии в Python

    .

    Границы нейроинформатики

    ,

    7

    ,

    14

    ..

    © The Author, 2017. Опубликовано Oxford University Press. Все права защищены. Чтобы получить разрешения, отправьте электронное письмо по адресу: [email protected]

    Язык жестов | Психология Вики

    Оценка | Биопсихология | Сравнительный | Познавательный | Развивающие | Язык | Индивидуальные различия | Личность | Философия | Социальные |
    Методы | Статистика | Клинический | Образовательные | промышленный | Профессиональные товары | Мировая психология |

    Язык: Лингвистика · семиотика · Речь


    Файл:Интерп.jpg

    Два сурдопереводчика работают в одной школе.

    Язык жестов (также язык жестов ) представляет собой язык, который вместо акустически передаваемых звуковых паттернов использует визуально передаваемые паттерны жестов (мануальное общение, язык тела и паттерны губ) для передачи смысла, одновременно сочетая формы рук, ориентация и движение рук, рук или тела, а также выражение лица для плавного выражения мыслей говорящего. Языки жестов обычно развиваются в сообществах глухих, которые могут включать переводчиков, друзей и семьи глухих людей, а также людей, которые сами являются глухими или слабослышащими.

    Везде, где существуют сообщества глухих, развиваются жестовые языки. На самом деле их сложные пространственные грамматики заметно отличаются от грамматик разговорных языков. Сотни жестовых языков используются по всему миру и лежат в основе местных культур глухих. Некоторые языки жестов получили в той или иной форме юридическое признание, в то время как другие вообще не имеют статуса.

    В дополнение к жестовым языкам были разработаны различные жестовые коды разговорных языков, такие как жестовый английский и язык жестов варлпири. [1] Их не следует путать с языками, устными или жестовыми; знаковый код устного языка — это просто знаковый модус языка, который он несет, точно так же, как система письма — это письменный модус. Знаковые коды устных языков могут быть полезны для изучения устных языков или для выражения и обсуждения буквальных цитат из этих языков, но обычно они слишком неудобны и громоздки для нормального общения. Например, учитель и глухой изучающий английский язык в Соединенных Штатах может использовать жестовый английский для цитирования примеров использования английского языка, но обсуждение этих примеров будет вестись на американском жестовом языке.

    File:Sing rap.JPG

    Язык жестов, используемый в клипе Эдо Маайки «To Što Se Traži» для интерпретации быстрого темпа рэпа без потери плавности.

    Несколько хорошо развитых в культурном отношении жестовых языков используются для сценических представлений, таких как поэзия на языке жестов. Многие из поэтических механизмов, доступных певцам, недоступны говорящим поэтам.

    История жестового языка

    Основная статья: История языка жестов
    Файл:Arte para enseñar a hablar a los Mudos.jpg

    Хуан Пабло Бонет, Reducción de las letras y arte para enseñar a hablar a los Mudos («Сокращение букв и искусства для обучения немых говорить») (Мадрид, 1620 г.).

    Письменная история жестового языка началась в 17 веке в Испании. В 1620 году Хуан Пабло Бонет опубликовал в Мадриде Reducción de las letras y arte para enseñar a hablar a los Mudos («Сокращение букв и искусства для обучения немых говорить»). Он считается первым современным трактатом по фонетике и логопедии, в котором излагается метод устного обучения глухих посредством использования ручных знаков в форме ручного алфавита для улучшения общения немых или глухих людей.

    На языке знаков Боне Шарль-Мишель де л’Эпе опубликовал свой алфавит в 18 веке, который дошел в основном без изменений до настоящего времени.

    В 1755 году аббат де л’Эпе основал в Париже первую государственную школу для глухих детей; Лоран Клерк был, пожалуй, самым известным его выпускником. Он отправился в Соединенные Штаты с Томасом Хопкинсом Галлодетом, чтобы основать Американскую школу для глухих в Хартфорде, штат Коннектикут. [2] Сын Галлодета, Эдвард Майнер Галлодет основал школу для глухих в 1857 году, которая в 1864 году стала Университетом Галлодета в Вашингтоне, округ Колумбия, единственным гуманитарным университетом для глухих и глухих в мире.

    Как правило, у каждого разговорного языка есть аналог языка жестов, поскольку каждая языковая популяция будет содержать глухих, которые будут генерировать язык жестов. Во многом так же, как географические или культурные силы будут изолировать население и приводить к возникновению разных и отличных друг от друга разговорных языков, те же самые силы действуют на жестовые языки, и поэтому они имеют тенденцию сохранять свою идентичность во времени примерно в тех же областях влияния, что и языки жестов. местные разговорные языки.Это происходит даже несмотря на то, что жестовые языки не имеют никакого отношения к разговорным языкам стран, в которых они возникли. Однако из этого шаблона есть заметные исключения, поскольку в некоторых географических регионах, в которых используется разговорный язык, есть несколько не связанных между собой жестовых языков. Вариации в «национальном» языке жестов обычно можно соотнести с географическим расположением школ-интернатов для глухих.

    Международный знак, ранее известный как Gestuno, используется в основном на международных мероприятиях для глухих, таких как Сурдлимпийские игры и встречи Всемирной федерации глухих.Недавние исследования утверждают, что, хотя International Sign является своего рода пиджином, они приходят к выводу, что он более сложен, чем типичный пиджин, и действительно больше похож на полноценный жестовый язык. [3]

    Языкознание знака

    С лингвистической точки зрения жестовые языки столь же богаты и сложны, как и любой устный язык, несмотря на распространенное заблуждение, что они не являются «настоящими языками». Профессиональные лингвисты изучили множество жестовых языков и обнаружили, что в них есть все лингвистические компоненты, необходимые для того, чтобы их можно было классифицировать как настоящие языки. [4]

    Языки жестов не являются пантомимой — другими словами, знаки условны, часто произвольны и не обязательно имеют визуальную связь с их референтом, так как большая часть разговорного языка не звукоподражательна. Хотя иконичность более систематична и распространена в жестовых языках, чем в разговорных, разница не является категоричной. [5] Они также не являются визуальным воспроизведением устной речи. У них есть собственные сложные грамматики, и их можно использовать для обсуждения любой темы, от простой и конкретной до возвышенной и абстрактной.

    Языки жестов, как и устные языки, организуют элементарные, бессмысленные единицы (фонемы; когда-то называемые черемами в случае языков жестов) в значимые семантические единицы. Элементами знака являются H и форма (или форма руки), O ориентация (или ориентация ладони), L расположение (или место артикуляции), M покрытие и неручные маркеры (или лицо ). E xpression), обобщенный в аббревиатуре HOLME .

    Общими лингвистическими особенностями языков жестов для глухих являются широкое использование классификаторов, высокая степень флексии и синтаксис темы-комментария.Многие уникальные лингвистические особенности возникают из-за способности жестовых языков одновременно воспроизводить смысл в разных частях поля зрения. Например, получатель подписанного сообщения может одновременно прочитать значение, которое несут руки, выражение лица и положение тела. Это отличается от устных языков, где звуки, составляющие слова, в основном последовательные (исключение составляет тон).

    Связь жестовых языков с устными языками

    Распространенное заблуждение состоит в том, что языки жестов каким-то образом зависят от устных языков, то есть что они представляют собой устную речь, выраженную жестами, или что они были изобретены слышащими людьми.Учителей слуха в школах для глухих, таких как Томас Хопкинс Галлодет, часто ошибочно называют «изобретателями» языка жестов.

    Ручные алфавиты (дактилоскопия) используются в жестовых языках, в основном для имен собственных и технической или специальной лексики, заимствованной из разговорных языков. Когда-то использование дактилоскопии считалось доказательством того, что языки жестов были упрощенными версиями устных языков, но на самом деле это всего лишь один из многих инструментов. Дактилоскопия иногда может быть источником новых знаков, которые называются лексикализованными знаками.

    В целом жестовые языки глухих независимы от устных языков и идут собственным путем развития. Например, британский язык жестов и американский язык жестов совершенно разные и взаимно непонятны, хотя слышащие люди в Британии и Америке говорят на одном и том же устном языке.

    Аналогичным образом, в странах, где везде используется один устный язык, может быть два или более жестовых языка; тогда как область, которая содержит более одного устного языка, может использовать только один язык жестов.Хорошим примером этого является Южная Африка, в которой 11 официальных устных языков и такое же количество других широко используемых устных языков. У него есть только один жестовый язык с двумя вариантами из-за того, что в его истории было два крупных учебных заведения для глухих, которые обслуживали разные географические районы страны.

    Пространственная грамматика и одновременность

    Языки жестов используют уникальные особенности визуальной среды (зрения). Устная речь линейна. Одновременно может издаваться или приниматься только один звук.Язык жестов, с другой стороны, визуален; следовательно, вся сцена может быть снята сразу. Информация может быть загружена в несколько каналов и выражена одновременно. В качестве иллюстрации на английском языке можно было бы произнести фразу «Я проехал здесь». Чтобы добавить информацию о поездке, нужно было сделать более длинную фразу или даже добавить вторую, например: «Я ехал сюда по извилистой дороге» или «Я ехал сюда. Это была хорошая поездка». Однако в американском языке жестов информация о форме дороги или приятном характере вождения может быть передана одновременно с глаголом «водить», изменяя движение руки или используя неручные сигналы, такие как поза тела и выражение лица, в то же время, что глагол «водить» подписывается.Следовательно, в то время как в английском языке фраза «Я поехал сюда, и это было очень приятно» длиннее, чем «Я поехал сюда», в американском языке жестов они могут быть одинаковой длины.

    На самом деле, с точки зрения синтаксиса, ASL больше похож на разговорный японский, чем на английский. [6]

    Использование знаков в слышащих сообществах

    Жест является типичным компонентом разговорных языков. Более сложные системы ручного общения развились в местах или ситуациях, где речь нецелесообразна или не разрешена, например, в закрытых религиозных общинах, подводном плавании, студиях звукозаписи на телевидении, на шумных рабочих местах, на фондовых биржах, в бейсболе, на охоте (такими группами, как бушмены Калахари). ), или в игре Шарады.В Союзе регби судья использует ограниченный, но определенный набор знаков, чтобы сообщить зрителям о своих решениях. В последнее время возникло движение по обучению и поощрению использования языка жестов с малышами до того, как они научатся говорить, потому что такие маленькие дети могут эффективно общаться на языке жестов задолго до того, как они физически способны говорить. Это обычно упоминается как Baby Sign. Также существует движение за более широкое использование жестовых языков с неглухими и неслабослышащими детьми с другими причинами нарушения речи или задержки речи для очевидного преимущества эффективного общения без зависимости от речи.

    File:Jw signs Convention.jpg

    Съезд Свидетелей Иеговы на чилийском языке жестов .

    Иногда, когда распространенность глухих людей достаточно высока, глухие языки жестов перенимаются целым местным сообществом. Известные примеры этого включают язык жестов Martha’s Vineyard в США, ката колок в деревне на Бали, язык жестов Адаморобе в Гане и язык жестов майя юкатек в Мексике. В таких сообществах глухие люди не являются социально незащищенными.

    Многие языки жестов австралийских аборигенов возникли в контексте обширных речевых табу, например, во время траура и обрядов инициации. Они развиты или были особенно высоко развиты у варлпири, варумунгу, диери, кайтетье, аррернте, варлманпа и основаны на их соответствующих разговорных языках.

    Язык жестов пиджин возник среди племен американских индейцев в районе Великих равнин Северной Америки (см. Язык жестов индейцев равнин). Он использовался для общения между племенами с разными разговорными языками.Сегодня особенно много пользователей среди кроу, шайеннов и арапахо. В отличие от других жестовых языков, разработанных слышащими людьми, он разделяет пространственную грамматику глухих жестовых языков.

    Знак дома

    Основная статья: Домашний знак

    Системы знаков иногда разрабатываются в рамках одной семьи. Например, когда у слышащих родителей, не умеющих говорить на жестах, рождается глухой ребенок, неформальная система жестов будет развиваться естественным образом, если только родители не подавляют ее.Термин для этих мини-языков — домашний знак (иногда домашний знак или кухонный знак). [7]

    Домашний знак возникает из-за отсутствия какого-либо другого способа связи. В течение одной жизни и без поддержки или обратной связи сообщества ребенок вынужден изобретать сигналы, чтобы облегчить удовлетворение своих потребностей в общении. Хотя такого рода система совершенно неадекватна для интеллектуального развития ребенка и далеко не соответствует стандартам, которые лингвисты используют для описания полноценного языка, это обычное явление.Ни один тип домашнего знака не признан официальным языком.

    Классификация жестовых языков

    Хотя жестовые языки глухих естественным образом возникли в сообществах глухих наряду с разговорными языками или среди них, они не связаны с разговорными языками и имеют в основе другую грамматическую структуру. Группа жестовых «языков», известная как языки с ручным кодированием, более правильно понимается как знаковые режима разговорных языков и, следовательно, принадлежит к языковым семьям соответствующих разговорных языков.Например, существует несколько таких знаковых кодировок английского языка.

    Было проведено очень мало исторических лингвистических исследований жестовых языков и мало попыток определить генетические отношения между жестовыми языками, за исключением простого сравнения лексических данных и некоторых дискуссий о том, являются ли определенные жестовые языки диалектами языка или языками семьи. . Языки могут распространяться в результате миграции, создания школ для глухих (часто преподавателями, получившими образование за границей) или из-за политического господства.

    Языковой контакт является обычным явлением, что затрудняет четкую семейную классификацию — часто неясно, связано ли лексическое сходство с заимствованием или с общим исходным языком. Контакт происходит между языками жестов, между языками жестов и устной речью (контактный жест), а также между языками жестов и системами жестов, используемыми более широким сообществом. Один автор предположил, что язык жестов Адаморобе может быть связан с «жестовым торговым жаргоном, используемым на рынках по всей Западной Африке», по словарному запасу и территориальным особенностям, включая просодию и фонетику. [8]

    • BSL, Auslan и NZSL обычно считаются принадлежащими к языковой семье, известной как BANZSL. Морской язык жестов и южноафриканский язык жестов также связаны с BSL. [9]
    • Японский язык жестов, тайваньский язык жестов и корейский язык жестов считаются членами семейства японских языков жестов.
    • Существует ряд языков жестов, возникших из французского языка жестов (LSF) или явившихся результатом языковых контактов между языками жестов местного сообщества и LSF.К ним относятся: французский язык жестов, квебекский язык жестов, американский язык жестов, ирландский язык жестов, русский язык жестов, голландский язык жестов, фламандский язык жестов, бельгийско-французский язык жестов, испанский язык жестов, мексиканский язык жестов, бразильский язык жестов (LIBRAS). ) и другие.
      • Подмножество этой группы включает языки, на которые сильно повлиял американский язык жестов (ASL) или которые являются региональными разновидностями ASL. Боливийский язык жестов иногда считают диалектом ASL.Тайский язык жестов представляет собой смешанный язык, полученный из ASL и родных языков жестов Бангкока и Чиангмая, и может считаться частью семьи ASL. Другие, возможно, находящиеся под влиянием ASL, включают угандийский язык жестов, кенийский язык жестов, филиппинский язык жестов и малайзийский язык жестов.
    • Неофициальные данные свидетельствуют о том, что финский язык жестов, шведский язык жестов и норвежский язык жестов принадлежат к скандинавской семье языков жестов.
    • Известно, что исландский язык жестов произошел от датского языка жестов, хотя в течение столетия отдельного развития возникли значительные различия в лексике.
    • На израильский язык жестов повлиял немецкий язык жестов.
    • Согласно отчету SIL, жестовые языки России, Молдовы и Украины имеют высокую степень лексического сходства и могут быть диалектами одного языка или разными родственными языками. В том же отчете предлагается «группа» языков жестов, сосредоточенная вокруг чешского языка жестов, венгерского языка жестов и словацкого языка жестов. В эту группу также могут входить румынский, болгарский и польский жестовые языки.
    • Известные изоляты включают никарагуанский язык жестов, язык жестов бедуинов Аль-Сайид и язык жестов острова Провиденс.
    • Языки жестов Иордании, Ливана, Сирии, Палестины и Ирака (и, возможно, Саудовской Аравии) могут быть частью sprachbund или могут быть одним диалектом более крупного восточно-арабского языка жестов.

    Единственная всеобъемлющая классификация в этом направлении, выходящая за рамки простого списка языков, датируется 1991 годом. Конференция 1989 года по жестовым языкам в Монреале и еще 11 языков, которые автор добавил после конференции. [11]

    Классификация жестовых языков [12]
    Первичный
    Одиночный
    Первичный
    Групповой
    Альтернатива
    Одноместный
    Альтернатива
    Группа
    Прототип-А

    7

    1

    7

    2

    Прототип-Р

    18

    1

    1

    BSL (bfi) производный

    8

    DGS (gsg) производный

    2

    производный от JSL

    2

    LSF(fsl) производный

    30

    производный от LSG

    1

    В своей классификации автор проводит различие между первичными и альтернативными жестовыми языками [13] и, в подкатегории, между языками, распознаваемыми как отдельные языки, и языками, считающимися составными группами. [14] Языки-прототип-А включают в себя все те жестовые языки, которые, по-видимому, не могут быть получены из какого-либо другого языка. Языки-прототипы R — это языки, которые удаленно моделируются на языке-прототипе А с помощью процесса Кребера (1940), называемого «диффузией стимулов». Классы языков, производных от BSL ​​(bfi), DGS (gsg), JSL, LSF (fsl) и LSG, представляют собой «новые языки», полученные из языков-прототипов в результате лингвистических процессов креолизации и релексификации. [15] Креолизация рассматривается как обогащение явной морфологии в «жестовых» языках по сравнению с уменьшением явной морфологии в «устно-подписываемых» языках. [16]

    Письменные формы жестовых языков

    Язык жестов отличается от устного языка своим отношением к письму. Фонематические системы устных языков в первую очередь последовательные : то есть большинство фонем воспроизводятся в последовательности одна за другой, хотя многие языки также имеют непоследовательные аспекты, такие как тон. Как следствие, традиционные фонематические системы письма также являются последовательными, в лучшем случае с диакритическими знаками для непоследовательных аспектов, таких как ударение и тон.

    Языки жестов имеют более высокий непоследовательный компонент, при этом многие «фонемы» воспроизводятся одновременно. Например, знаки могут включать одновременное движение пальцев, рук и лица или движение двух рук в разных направлениях. Традиционные системы письма не предназначены для работы с таким уровнем сложности.

    Частично из-за этого на жестовых языках не так часто пишут. Большинство глухих сурдопереводчиков читают и пишут на устном языке своей страны. Однако было предпринято несколько попыток разработать сценарии для жестового языка.К ним относятся как «фонетические» системы, такие как HamNoSys (гамбургская система обозначений) и SignWriting, которые могут использоваться для любого жестового языка, так и «фонематические» системы, такие как система, используемая Уильямом Стокоу в его 1965 г. Словарь американского языка. Язык жестов , которые предназначены для определенного языка.

    Эти системы основаны на иконических символах. Некоторые, такие как SignWriting и HamNoSys, являются пиктографическими и представляют собой условные изображения рук, лица и тела; другие, такие как обозначение Стоко, более знаковые.’ для восходящего движения. Дэвид Дж. Петерсон попытался создать систему фонетической транскрипции для жестов, совместимую с ASCII, известную как Международный фонетический алфавит жестового языка (SLIPA).

    SignWriting, будучи пиктографическим, может представлять одновременные элементы в одном знаке. Нотация Stokoe, с другой стороны, является последовательной, с условным порядком символов для расположения знака, затем один для формы руки и, наконец, один (или несколько) для движения.Ориентация руки указывается необязательным диакритическим знаком перед формой руки. Когда два движения происходят одновременно, они пишутся одно поверх другого; когда они последовательные, они записываются один за другим. Ни сценарии Stokoe, ни сценарии HamNoSys не предназначены для представления выражений лица или неручных движений, которые легко приспосабливаются к SignWriting, хотя это постепенно исправляется в HamNoSys.

    Приматы используют язык жестов

    Основная статья: Great_ape_language#Primate_use_of_sign_language

    Было несколько примечательных примеров того, как ученые обучали нечеловеческих приматов основным жестам для общения с людьми. [17] Известные примеры:

    • Шимпанзе: Уошо и Лулис
    • Гориллы: Майкл и Коко.

    Теория жестов происхождения человеческого языка

    Основная статья: Origin_of_language#Gestural_theory

    Теория жестов утверждает, что голосовой человеческий язык развился из жестового языка жестов. [18] Важным вопросом для теорий жестов является то, почему произошел переход к вокализации. [19]

    СМИ

    Файл:LSF Vocab requirer.ogg

    Демонстрация слова на французском языке жестов requirer (глагол to ask ) трижды: «Я-спроси-тебя», «ты-спроси-меня» и «один-спроси». -их.»

    Ссылки

    1. ↑ Это включение языка жестов варлпири (и других языков жестов аборигенов) в число языков, кодируемых вручную, основанное на предположении, что естественные языки жестов могут развиваться только в сообществах глухих, в настоящее время широко оспаривается (Madell 1998, O’Reilly 2005). ).Что касается их использования в сообществах глухих, в версии 15-го издания Ethnologue за 2008 год сообщается, что «несколько таких жестовых языков также используются глухими».
    2. ↑ Канлас (2006).
    3. ↑ См. Супалла, Тед и Ребекка Уэбб (1995). «Грамматика международного жеста: новый взгляд на языки пиджин». В: Эммори, Карен и Джуди Рейли (редакторы). Язык, жест и пространство. (Международная конференция по теоретическим вопросам исследования жестового языка) Хиллсдейл, Н.Дж.: Эрлбаум, стр. 333-352; Макки Р. и Дж. Напье Дж. (2002). «Интерпретация международного жестового пиджина: анализ». Журнал лингвистики жестового языка 5(1).
    4. ↑ Эта последняя концепция больше не оспаривается, как видно из того факта, что эксперты по жестовому языку в основном являются лингвистами.
    5. ↑ Джонстон (1989).
    6. ↑ Накамура (1995).
    7. ↑ Сьюзан Голдин-Медоу (Goldin-Meadow 2003, Van Deusen, Goldin-Meadow & Miller 2001) проделала обширную работу над системами домашних знаков.Адам Кендон (1988) опубликовал плодотворное исследование системы домашних знаков глухой женщины энга из высокогорья Папуа-Новой Гвинеи, уделив особое внимание иконичности.
    8. ↑ Фришберг (1987). См. также классификацию Wittmann (1991) по общему вопросу о жаргонах как прототипах в глоттогенезе жестового языка.
    9. ↑ См. Gordon (2008), в nsr[2] и sfs[3].
    10. ↑ Анри Виттманн (1991). Классификация считается типологической, удовлетворяющей условию генетической интерпретируемости Якобсона.
    11. ↑ Классификация Виттмана попала в базу данных Ethnologue, где она до сих пор цитируется.[4] Последующее издание Ethnologue в 1992 г. дошло до 81 языка жестов и в конечном итоге приняло различие Виттмана между первичным и альтернативным языками жестов (в конечном итоге восходящее к Stokoe 1974) и, более расплывчато, некоторые другие его черты. Версия 15-го издания Ethnologue за 2008 год теперь поддерживает до 124 жестовых языков.
    12. ↑ В той мере, в какой языковые коды Wittmann отличаются от кодов SIL, последние даются в скобках.
    13. ↑ Виттманн добавляет, что этот таксонмический критерий на самом деле неприменим с какой-либо научной строгостью: альтернативные жестовые языки, в той мере, в какой они являются полноценными естественными языками (и поэтому включены в его обзор), в основном также используются глухими; и некоторые основные языки жестов (такие как ASL (ase) и ADS) приобрели альтернативное использование.
    14. ↑ Wittmann включает в этот класс ASW (состоящий как минимум из 14 различных языков), MOS(mzg), HST (отличный от TSQ, производного от LSQ>ASL(ase)) и SQS. Между тем, с 1991 года HST считается состоящим из BFK, CSD, HAB, HAF, HOS, LSO.
    15. ↑ Ссылки Виттмана на эту тему, помимо его собственной работы по креолизации и релексификации в «голосовых» языках, включают такие статьи, как Fischer (1974, 1978), Deuchar (1987) и работа Джуди Кегл до 1991 года по креолизации в жестовых языках. .
    16. ↑ Виттманн объясняет это тем, что модели приобретения и передачи для языков жестов не основаны на какой-либо типичной модели отношений родитель-ребенок прямой передачи, которая в большей степени способствует вариациям и изменениям. Он отмечает, что жестовые креолы гораздо более распространены, чем голосовые креолы, и что мы не можем знать, на скольких последовательных креолизациях основаны жестовые языки прототипа-А до их историчности.
    17. ↑ Премак и Пемак (1983), Премак (1985), Виттманн (1991).
    18. ↑ Хьюз (1973), Премак и Премак (1983), Кимура (1993), Ньюман (2002), Виттманн (1980, 1991)
    19. ↑ Колб и Уишоу (2003)

    Библиография

    • Аронофф, Марк, Меир, Ирит и Венди Сэндлер (2005). «Парадокс морфологии жестового языка». Язык 81 (2), 301-344.
    • Брэнсон Дж., Д. Миллер и И. Г. Марсая. (1996). «Все здесь тоже говорят на языке жестов: глухая деревня на Бали, Индонезия». В: С.Лукас (ред.): Мультикультурные аспекты социолингвистики в сообществах глухих. Вашингтон, издательство Университета Галлодета, стр. 39-5.
    • Канлас, Лойда (2006 г.). «Лоран Клерк: апостол глухих Нового Света». Национальный центр образования глухих Лорана Клерка, Университет Галлоде.
    • Деушар, Маргарет (1987). «Жестовые языки как креолы и представление Хомского об универсальной грамматике». Очерки в честь Ноама Хомского , 81-91. Нью-Йорк: Фалмер.
    • Эммори, Карен; и Лейн, Харлан Л.(Ред.). (2000). Новый взгляд на знаки языка: антология в честь Урсулы Беллуджи и Эдварда Климы . Махва, Нью-Джерси: Lawrence Erlbaum Associates. ISBN 0-8058-3246-7.
    • Фишер, Сьюзен Д. (1974). «Язык жестов и языковые универсалии». Actes du Colloque franco-allemand de grammaire générative , 2.187-204. Тюбинген: Нимейер.
    • Фишер, Сьюзан Д. (1978). «Жестовые языки и креолы». Siple 1978:309-31.
    • Фришберг, Нэнси (1987).«Ганский язык жестов». В: Cleve, J. Van (ed.), Галлодская энциклопедия глухих и глухоты . Нью-Йорк: Книжная компания McGraw-Gill.
    • Goldin-Meadow, Susan, 2003, Устойчивость языка: что создание жестов у глухих детей может рассказать нам о том, как все дети изучают язык , Psychology Press, дочерняя компания Taylor & Francis, Нью-Йорк, 2003
    • Гордон, Раймонд, изд. (2008). Этнолог: языки мира , 15-е издание.SIL International, ISBN-13 978-1-55671-159-6, ISBN-10 1-55671-159-X. Веб-версия.[6] Разделы для основных жестовых языков[7] и альтернативных[8].
    • Гроче, Нора Э. (1988). Здесь все говорили на языке жестов: Наследственная глухота на Мартас-Винъярд . Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. ISBN 0-674-27041-X.
    • Хили, Элис Ф. (1980). Могут ли шимпанзе выучить фонематический язык? В: Себеок, Томас А. и Джин Умикер-Себеок, ред., Говоря об обезьянах: критическая антология двустороннего общения с человеком.Нью-Йорк: Пленум, 141–143.
    • Хьюз, Гордон В. (1973). «Общение приматов и жестовое происхождение языка». Текущая антропология 14.5-32.
    • Джонстон, Тревор А. (1989). Ауслан: язык жестов австралийского сообщества глухих. Сиднейский университет: неопубликованная докторская степень. диссертация.[9]
    • Камей, Нобутака (2004 г.). Языки жестов Африки , «Журнал африканских исследований» (Японская ассоциация африканских исследований), том.64, март 2004 г. [ПРИМЕЧАНИЕ: Камей перечисляет в этой статье 23 африканских жестовых языка].
    • Кегл, Джуди (1994). «Проект никарагуанского языка жестов: обзор». Указатель 7:1.24-31.
    • Кегл, Джуди, Сенгас А., Коппола М. (1999). «Создание через контакт: появление языка жестов и изменение языка жестов в Никарагуа». В: М. ДеГрафф (редактор), Сравнительное грамматическое изменение: пересечение овладения языком, креольского генезиса и диахронического синтаксиса , стр. 179–237.Кембридж, Массачусетс: MIT Press.
    • Кегл, Джуди (2004). «Появление языка в мозгу, готовом к языку: проблемы усвоения». В: Дженкинс, Лайл, (редактор), Биолингвистика и эволюция языка . Джон Бенджаминс.
    • Кендон, Адам. (1988). Языки жестов аборигенов Австралии: культурные, семиотические и коммуникативные перспективы. Кембридж: Издательство Кембриджского университета.
    • Кимура, Дорин (1993). Нейромоторные механизмы человеческого общения .Оксфорд: Издательство Оксфордского университета.
    • Клима, Эдвард С.; и Беллуджи, Урсула. (1979). Знаки языка . Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. ISBN 0-674-80795-2.
    • Колб, Брайан и Ян К. Уишоу (2003). Основы нейропсихологии человека , 5-е издание, Worth Publishers.
    • Кребер, Альфред Л. (1940). «Распространение стимулов». Американский антрополог 42.1-20.
    • Кшивковская, Гражина (2006). «Przede wszystkim komunikacja», статья о словаре венгерского жестового языка в Интернете. Template:Pl icon.
    • Лейн, Харлан Л. (ред.). (1984). Опыт глухих: классика языка и образования . Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. ISBN 0-674-19460-8.
    • Лейн, Харлан Л. (1984). Когда разум слышит: История глухих . Нью-Йорк: Рэндом Хаус. ISBN 0-394-50878-5.
    • Маделл, Саманта (1998). Язык жестов варлпири и ауслан — сравнение . Магистерская диссертация, Университет Маккуори, Сидней, Австралия.
    • Накамура, Карен (1995).«Об американском языке жестов». Библиотека Deaf Resourec, Йельский университет.
    • Newman, A.J., et al. (2002). «Критический период для вербовки правого полушария в обработку американского языка жестов». Nature Neuroscience 5: 76–80.
    • О’Рейли, С. (2005). Язык жестов и культура коренных народов; потребности в устном переводе и доступе глухих, принадлежащих к аборигенам и/или жителям островов Торресова пролива в Крайнем Севере Квинсленда . Спонсируется ASLIA, Австралийской ассоциацией переводчиков жестового языка.
    • Падден, Кэрол; и Хамфрис, Том. (1988). Глухие в Америке: Голоса культуры . Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета. ISBN 0-674-19423-3.
    • Пойзнер, Ховард; Клима, Эдвард С .; и Беллуджи, Урсула. (1987). Что руки говорят о мозге . Кембридж, Массачусетс: MIT Press.
    • Премак, Дэвид и Энн Дж. Премак (1983). Разум обезьяны . Нью-Йорк: Нортон.
    • Премак, Дэвид (1985) «Гавагай!» или будущее полемики о языке животных». Познание 19, 207-296
    • Сакс, Оливер В. (1989). Видящие голоса: путешествие в страну глухих . Беркли: Калифорнийский университет Press. ISBN 0-520-06083-0.
    • Сэндлер, Венди (2003). Фонология жестового языка. В Уильяме Фроули (ред.), Оксфордской международной энциклопедии лингвистики.
    • Сэндлер, Венди; и Лилло-Мартин, Дайан. (2001). Естественные жестовые языки. В М. Аронофф и Дж. Рис-Миллер (ред.), Справочник по лингвистике (стр.533-562). Малден, Массачусетс: Издательство Блэквелл. ISBN 0-631-20497-0.
    • Стайлз-Дэвис, Джоан; Кричевский, Марк; и Беллуджи, Урсула (ред.). (1988). Пространственное познание: основы и развитие мозга . Хиллсдейл, Нью-Джерси: L. Erlbaum Associates. ISBN 0-8058-0046-8; ISBN 0-8058-0078-6.
    • Стокоу, Уильям С. (1960, 1978). Структура языка жестов: обзор систем визуальной коммуникации глухих американцев . Исследования по языкознанию, Периодические статьи, № 8, отд.антропологии и лингвистики, Университет Буффало. 2-е изд., Silver Spring: Md: Linstok Press.
    • Стоко, Уильям С. (1974). Классификация и описание жестовых языков. Современные тенденции в языкознании 12.345-71.
    • Van Deusen-Phillips S.B., Goldin-Meadow S., Miller P.J., 2001. Разыгрывание историй, видение мира: сходства и различия в межкультурном повествовательном развитии лингвистически изолированных глухих детей , Human Development, Vol. 44, нет.6.
    • Виттманн, Анри (1980). «Интонация в глоттогенезе». Мелодия языка: Festschrift Дуайт Л. Болинджер , в: Линда Р. Во и Корнелиус Х. ван Шунвельд, 315–29. Балтимор: University Park Press.
    • Виттманн, Анри (1991). «Лингвистическая классификация языков без вокала». Revue québécoise de Linguique théorique et appliquée 10:1.215-88.[14]

    См. также

    Внешние ссылки


    Примечание: статьи для определенных жестовых языков (например,г. ASL или BSL) могут содержать дополнительные внешние ссылки, например. для изучения этих языков.

    /

    Английский:

    Что говорит ваш язык тела?

    Представим сценарий: это сотни тысяч лет назад, и два пещерных человека впервые встречаются в лесу. Разговорный язык еще не изобретен, поэтому наша пара примитивов должна полагаться на что-то еще, чтобы определить статус друга или врага, — на язык тела.Поза, зрительный контакт и выражение лица активно передают страх, гнев, спокойствие или интригу и многое другое. Интерпретация языка тела может буквально означать разницу между жизнью и смертью. Теперь перенесемся в сегодняшний день. Люди продвинулись вперед, разработали сложные словесные языки и удивительные технологические прорывы. Но одна вещь, которая осталась с нами, — это использование нами языка тела.

    Сегодня язык тела продолжает оставаться важной частью нашего общения. Он может подчеркивать и дополнять разговорную речь или по-прежнему быть эффективным индикатором настроения и состояния без вербального общения.И вот уже несколько десятилетий психологи и другие академические специалисты изучают язык тела, в том числе выражение лица, чтобы увидеть, есть ли общие черты, индикаторы и предикторы, которые можно найти в языке человеческого тела.

    Какие существуют виды невербального общения? Вот краткое описание восьми основных форм:

    1. Движения тела – это могут быть жесты рук, кивки или покачивания головой и даже легко узнаваемый жест «большой палец вверх».
    2. Осанка — то, как человек стоит или сидит, может отражать настроение и отношение.
    3. Личное пространство (проксемика) — количество физического пространства между людьми, когда они общаются, может отражать близость, тревогу и т. д.
    4. Физический контакт — акт прикосновения может передавать различные эмоциональные состояния.
    5. Зрительный контакт – прямой или косвенный, может передать степень вовлеченности, уровень комфорта и даже намек на честность/нечестность.
    6. Выражение лица — основной показатель настроения и обычно легко читается.
    7. Параязык — имеет отношение к громкости или тону, применяемому к вокализации для создания акцента, тревоги и т. д.
    8. Физиология – физические аспекты, которые могут указывать на эмоциональное состояние, такие как нервное потоотделение, слезы, учащенный пульс и т. д.

    Изучение языка тела

    В начале 1950-х годов антрополог Рэй Бердвистел ввел термин «кинесика» для описания изучения позы, жестов, выражения и движения как формы общения. Бёрдвистелл считал, что все движения тела могут передавать смысл. В результате своих исследований он подсчитал, что в социальном взаимодействии или разговоре только от 30 до 35 процентов контекста или смысла взаимодействия передается произнесенным словом.

    В шестидесятых годах клинический психолог по имени доктор Пол Экман начал исследовать выражение лица. В то время считалось, что выражение лица определяется культурой, окружающей человека. Экман путешествовал по миру, посещая даже отдаленные племена, и показывал участникам исследования фотографии мужчин и женщин с разными эмоциональными лицами. Что Экман обнаружил, так это то, что везде, куда бы он ни пошел, люди по большей части интерпретировали выражение лица одинаково.Улыбка была счастливой, хмурая — злой и т. д.

    Что касается невербальных взаимодействий и их влияния на личное общение, то исследование психолога Альберта Меграбяна привело к интересной теории. Мехрабиан разработал правило 7-38-55, которое гласит:

    • 7% сообщений, относящихся к чувствам и отношениям, заключаются в сказанных словах.
    • 38% сообщений, относящихся к чувствам и отношениям, являются паралингвистическими (то, как произносятся слова).
    • 55% сообщений, касающихся чувств и отношений, выражается выражением лица. 1

    Работа Мехрабяна важна, потому что она показывает, что понимание «значения» в общении не зависит исключительно от вербального общения.

    Основной вывод из всего этого заключается в том, что эксперты в целом согласны с тем, что большая часть смысла в общении лицом к лицу передается через язык тела или невербальные средства.

    Роль языка тела в современном обществе

    Спустя сотни тысяч лет невербальное общение по-прежнему является важной частью нашего взаимодействия.Для сотрудников правоохранительных органов, медицинских работников и других лиц, которые ежедневно взаимодействуют с общественностью, эффективное владение идентификацией и интерпретацией языка тела не только важно для их работы, но и может иметь решающее значение для сохранения их и тех, с кем они имеют дело. с, безопасно.

    Понимание языка тела также является ценным навыком в современном деловом мире. Это помогает сформировать первое впечатление, позволяет человеку «читать комнату» и реагировать соответствующим образом, чтобы поддерживать или пытаться изменить взаимодействие, чтобы изменить настроение или эмоциональное состояние человека или группы людей.

    Важно отметить, что на язык тела влияет культура. Определенные физические движения могут иметь определенное значение в одной культуре и совершенно другое значение в другой культуре. Например, в западной культуре ранее упомянутое «большой палец вверх» указывает на положительный, утвердительный ответ. Но в ближневосточных странах поднятый вверх большой палец считается крайне грубым.

    Другим аспектом языка тела, в частности выражением лица, является то, что известно как микровыражение.По данным PaulEkmanGroup.com:

    «Микровыражения — это выражения лица, которые возникают в течение доли секунды. Эта непроизвольная эмоциональная утечка обнажает истинные эмоции человека».

    По словам Экмана, микровыражения происходят за полсекунды и бессознательно раскрывают эмоцию, которую субъект пытается скрыть. Экман продолжает объяснять, что микровыражения важны, потому что:

    • Они возникают у всех и обычно без ведома субъекта.
    • Их нельзя предотвратить.
    • Знание того, как правильно определять микровыражения, помогает в обнаружении лжи.

    Экман определил семь микровыражений лица, которые легко распознать и интерпретировать. Они:

    • Сюрприз
    • Страх
    • Отвращение
    • Гнев
    • Счастье
    • Грусть
    • Презрение

    Экман показал, что при надлежащем обучении люди могут лучше замечать, когда эмоция только начинается, когда эмоция скрывается и когда человек не осознает, что он на самом деле чувствует. 2

    Отправка сигналов

    От личных отношений до интенсивных взаимодействий язык тела играет жизненно важную роль во всей нашей жизни. Для профессионалов способность точно читать и интерпретировать язык тела может помочь в предотвращении или раскрытии преступлений и злоупотреблений. Для остальных из нас лучшее понимание и уважение к языку тела может помочь нам более успешно взаимодействовать друг с другом. Потому что, когда мы можем правильно видеть и понимать сигналы, мы можем реагировать соответствующим образом.

    Ссылка:
    1 https://www.businessballs.com/communication-skills/mehrabian-s-communication-theory-verbal-non-verbal-body-language/
    2 https://www.paulekman .com/resources/микро-выражения/

    .